Почему-то до сих пор малоизвестным остается удивительный факт: Карл Юнг очень уважал мандалы! Он использовал их в качестве инструмента для изучения бессознательного пациентов, а также в работе с собственными сновидениями и образами в сознании. Также Юнг исследовал мандалы в контексте изучения мифологии, религии и культуры.
В этом блоге мы исследуем возможности арт-терапии, чтобы делать наши раскраски лучше. Подписывайтесь!
В своей работе «Воспоминания, сновидения, размышления» Юнг уделяет мандалам значительное внимание, рассматривая их как важный символ и выражение коллективного бессознательного:
Мандала — это архетипический образ, существование которого прослеживается на протяжении тысячелетий. По сути это целостность самости, или целостность «внутреннего человека», а с мифологической точки зрения — возникновение в человеке божественного начала.
Юнг утверждает, что мандала является символом психической саморегуляции, средством для интеграции разобщенных аспектов человеческой психики.
Тогда же, в период между 1918 и 1920 годами, ко мне пришло понимание того, что цель психического развития — самодостаточность. Не существует линейной эволюции, есть некая замкнутая «самость». Однонаправленное развитие возможно лишь вначале, затем все отчетливее проступает центр. Сознание этого вернуло мне уверенность в себе и внутреннее равновесие. Когда я выяснил, что выражает мандала, я достиг своего конечного знания. Может, кому-нибудь известно больше, но мне этого было достаточно.
Он рассматривает мандалу как средство для преодоления духовного разобщения, восстановления гармонии и целостности личности. Для Юнга мандала представляется важным индикатором процесса индивидуации — процесса, в результате которого человек достигает своего потенциала, становится более самосознательным и целостным.
Лишь со временем я понял, чем же на самом деле является мандала: это самодостаточность, внутренняя целостность, что стремится к гармонии и не терпит самообмана.
Юнг видит мандалы способом интеграции аспектов личности. Он рассматривает их не только как символы целостности и гармонии, но и как средства для восстановления баланса и психического здоровья. С его точки зрения, мандала может представлять аспекты бессознательного, используемые для целей исцеления и саморегуляции.
Мои мандалы были криптограммами, они объясняли состояние моей души и каждый день принимали новую форму. В них я видел себя, то есть все мое существо в его становлении. Вначале мое представление о них было смутным, хотя я уже тогда сознавал, как много они значат, и хранил их как драгоценные жемчужины. Я был убежден, что в них выражена самая суть предмета и что со временем они откроют мне все происходящее со мной. Мне это виделось так, как если бы я и мой внутренний мир — были монадой этого бесконечного мира и мандала составляет эту монаду, микрокосм моей души.
Общие мотивы и символика мандал переплетаются с архетипическими образами, что делает их универсальными и понятными для людей различных культур и религиозных традиций. Для Юнга мандала стала важным символическим выражением целостности, саморегуляции психики и пути к индивидуации, что делает ее ключевым элементом его теории.
Я понял, что мандала и есть этот центр, средоточие всех путей, т. е. главный путь, что составляет индивидуальность.
В работе с мандалами, как с символическими выражениями, Юнг видел возможность изучения внутренних духовных процессов и путей к самопознанию.
***