Иногда ночью ко мне приходит старый пёс. Он долго рыщет по тротуару, пытаясь уловить знакомый запах; смотрит в чужие окна, втягивает носом воздух и прислушивается. Наконец, подходит к моему балкону, молча садится и задирает голову. Он никогда не лает, но я слышу его болезненное дыхание и просыпаюсь от этих звуков. Я помню его щенком: череп странной формы, искалеченные задние лапы. Что оставалось делать?
Соседи спят мёртвым сном, и я выхожу к нему, будто к давнему товарищу. Пытаясь не издать шума, медленно открываю дверь и спускаюсь по лестнице. Треплю его по холке, почёсываю за изодранными в клочья ушами. Он скулит от радости, закатывает полуслепые белёсые глаза и замирает, вцепившись в отворот моего рукава. Собачий век недолог и там, но тоска пришла к нему лишь теперь.
Мы отправляемся в путь по безлюдным улицам. Иногда в каком-то из окон, растревоженный, вспыхивает свет, и тогда пёс издаёт тихий утроенный рык. От этого звука, подчёркнутого скрежетом когтей по асфальту, во мне рождается странное спокойствие.
Мы идём так долго, что город остаётся за спиной. Воздух делается всё более холодным и сырым. Мы продираемся сквозь заросли смородины по нехоженому глиняному склону вниз, к реке. Вода в пепельном свете — как ртуть.
Я опускаюсь на холодный песок у склонившейся ивы, и пёс ложится рядом. И наедине с ним мир вдруг становится понятен и прост, каким он был десятки тысяч лет. Изредка пёс горько вздыхает, и в его лёгких что-то клокочет и шипит. Вселенная сходится к нам полукругом, и я без страха всматриваюсь в бездну.
Устав сидеть, откидываюсь на спину и надо мной распахивается галактика. Пёс кладет голову на мою грудь, и я зачем-то начинаю указывать на звезды, на Альтаир, на ржавый Марс. Спрашиваю: смог бы он разглядеть Плеяды? Но он лишь смотрит на моё лицо и тяжело дышит. Дерево закрывает часть неба, ту самую, где должен быть большой ковш. Шум воды окружает меня, и снизу, из-под земли, доносится плеск волн.
Когда на востоке появляются Венера и красный Сириус, я понимаю, что время закончилось. Встаю.
Поодаль виднеется фигура тощего старика с всклокоченными волосами. Рваные полы его тёмной робы треплет порывами ветра. Мне страшно смотреть на него, и я замечаю его только мельком, стараясь спешно отвести взгляд. Он стоит без движения, лицом к воде, опёршись то ли на весло, то ли на длинную палку. К берегу причалена лодка. Я невольно обшариваю карманы и нащупываю монетку. Кручу её, не доставая, между пальцами. Сколько лет она лежит здесь? Пёс не отрывает от меня глаз, надеясь, что я решусь.
— Прости, друг, — говорю ему, — В следующий раз, хорошо?
Прикасаюсь напоследок к жёсткой шерсти. Чувствую, что он не держит на меня зла. Прощает и эту ложь.
Небо светлеет, и они покидают меня. Я остаюсь сидеть на песке, наблюдая, как лодка теряется в тумане.
Когда звёзды бесследно растворяются в утреннем небе, я поднимаюсь, с удовольствием разминая затёкшие ноги. Ёжусь от холода, которого до того не замечал. Цепляюсь за ветку, и меня одаёт градом ледяной росы. Мне хочется умыться, я зачёрпываю ладонями воду, которая ночью казалась мне такой свежей, и от запаха гнили к горлу подступает спасительная тошнота.
Обратный путь через оживший город кажется мне коротким и лёгким.
Автор: Хмелёвский
Источник: https://litclubbs.ru/articles/42500-bereg.html
Понравилось? У вас есть возможность поддержать клуб. Подписывайтесь, ставьте лайк и комментируйте!
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
Читайте также: