В июне 1610 года до Москвы дошла горестная весть о том, что поляки у села Клушино разбили русское войско. В июле неудачливый царь Василий Шуйский, которого не признавал весь юг страны (от Путивля до Рязани), был низложен боярами с престола и пострижен в монахи.
В том же месяце поляки подошли к самой Москве.
Польский гетман Жолкевский потребовал, чтобы русские признали царём юного королевича Владислава.
В столице раздавались голоса, что нужно избрать Государя из своих, русских людей.
При этом в качестве претендента на трон впервые прозвучало имя четырнадцатилетнего Михаила.
Эту кандидатуру поддерживал и патриарх Гермоген. Но бояре решили подчиниться полякам. 7 августа 1610 года в Москве на престол был избран Владислав. При этом подразумевалось, что он примет православную веру. Чтобы договориться об этом с его отцом, польским королём Сигизмундом, из Москвы в сентябре 1610 года было отправлено посольство во главе с князем В.В. Голицыным и Филаретом, отцом Михаила Романова.
Переговоры проходили под Смоленском, который поляки всё ещё не могли взять. Король потребовал, чтобы Смоленск был сдан и перешёл во владение Польши, а также, чтобы москвичи целовали крест не только Владиславу, но и самому Сигизмунду. Тут, однако, Филарет показал «крепкое стоятельство» за Отечество и православную веру. Тогда поляки стали чинить послам «великую тесноту», а затем арестовали и увезли их в Польшу. Филарета поместили в Мальборке, бывшей столице Тевтонского ордена. Там он томился почти 10 лет.
А сын Филарета в 1610 – 1612 годах находился в захваченной поляками Москве. Михаил и его матушка жили у дяди, Ивана Никитича Романова, члена т.н. «Семибоярщины» – Боярской думы, признавшей царём Владислава.
Михаил числился стольником при Дворе. Когда под Москву пришло Первое ополчение, поляки заперли бояр и их близких (в том числе Михаила) в Кремле. Выпустили их захватчики только в октябре 1612 году, накануне своей сдачи ополчению Минина и Пожарского.
После этого Михаил с матерью уехали из разорённой Москвы в свою костромскую вотчину – село Домнино.
Домнино принадлежало приданым матери Михаила (урожденной Шестовой). Это было небольшое сельцо, стоящее над низиной, по которой протекала речка Шача, приток Костромы. Со всех сторон Домнино окружали дремучие леса, а к югу начиналось протянувшееся на много вёрст Исуповское болото, за которым находилось село Исупово. В Домнине господ встречал староста, Иван Сусанин.
- В столице, тем временем, в январе 1613 году собрался Земский собор, собранный руководителями Народного ополчения, чтобы выбрать нового Государя.
В заседаниях Собора участвовали высшие церковные иерархи, бояре, представители служилых и посадских людей, казаков и черносошных крестьян, а также татар и мордвы. Многие из них ещё недавно насмерть бились друг против друга в кровавых сражениях Смутного времени. Поэтому придти к единому мнению по поводу будущего царя им оказалось непросто.
Шапку Мономаха готовы были примерить руководители Земского ополчения – князья Д.Т. Трубецкой и Д.М. Пожарский. Но, как показала судьба Бориса Годунова и Василия Шуйского, цари из бояр сидели на троне непрочно, ибо возвышение одного боярского рода неминуемо влекло недовольство прочих знатных фамилий.
Помня это, некоторые бояре советовали пригласить иностранного королевича, который, не будучи связан ни с кем в Москве, мог бы править справедливо и беспристрастно.
В этой связи называлось имя шведского принца Карла-Филиппа. Большинство, однако, и слышать не хотело, чтобы царем Святой Руси стал чужеземец, воспитанный не в православной вере.
Чаще других на Соборе звучало имя Михаила Романова, о котором уже говорили, как о будущем царе в 1610 году, после низложения Шуйского. Михаил был особенно люб казакам и служилым людям южных городов, имевшим большой вес на Соборе. (Они помнили, что семья Михаила пострадала от ненавистного казачеству и южанам Годунова). Романовых жалели в народе за постигшую их несправедливую опалу. Отец Михаила, Филарет, томился в польской неволе. Его считали страдальцем за православную веру. Сам Михаил по молодости лет не успел нажить себе врагов.
Но, главное, он приходился двоюродным племянником последнему «природному» царю, Фёдору Иоанновичу, то есть был связан родством с пресекшейся династией Рюриковичей.