Нельзя не радоваться, что мы — впереди планеты всей не только по нефти и газу, но и по хлебу. Русская пшеница буквально «засыпала» рынок, вдвое снизив мировые цены с прежних максимумов. А объемы экспорта зерна нарастают, так как наши оптовики преодолели те искусственные политические трудности, с которыми столкнулись после начала спецоперации и последовавшими западными санкциями.
Закрома ломятся. И у российской пшеницы не так уж много конкурентов. Поэтому цену определяет Россия, пишет агентство Bloomberg. Так не стоит ли придержать часть зерна, чтобы потом продавать подороже? Тем более, что сам «Блумберг» пугает и себя, и своих читателей: «Кремль стремится ужесточить контроль над экспортом российского зерна», а значит, пытается контролировать весь мировой рынок!
Экономист Никита Масленников считает, что вводить эмбарго на экспорт не стоит. Случись это на таком крупном локальном рынке как зерновой, реакция обязательно перекинется на другие рынки, потому как зерно — базовая основа животноводства:
— Здесь любое искусственное повышение цен негативно для мировой экономики, а коли так, то это дополнительный фактор, подталкивающий центральные банки к ужесточению кредитной политики.
Для нас это означает, что глобальная экономика будет еще больше замедляться, и в результате мы потеряем на собственном экспорте. Ведь если у нас меньше темпы роста, и все основные ведущие экономики демонстрируют замедление, то перспектива экспорта ухудшается. Это дополнительные факторы, которые будут подталкивать и ослабление рубля, и подъем цен, и ужесточение денежно-кредитной политики.
Собственно, последние прогнозы Банка России на это прямо показывают. А Bloomberg просто «сфотографировал», сделал «моментальный снимок», отреагировал на то, что существенных потерь от прекращения зерновой сделки мы не понесли…
«СП»: Но как же так, ведь международные торговые дома покинули Россию в начале этого года.
— Мы готовы возить сами! Поставки уже начались. Альтернативы зерновой сделке найдены. Другой вопрос, что перспективы рынка, экспорта всегда зависят от нового урожая. А сейчас делать оценки по нему преждевременно. Мы идем с отставанием от прошлого года по уборке на 12 процентов с лишним.
«СП»: Довольно существенно, это отнюдь не «статистическая погрешность».
— Но это не означает, что экспорт заведомо снизится, у нас нынче более высокая урожайность, так что эти факторы должны компенсироваться. Тем не менее, многие эксперты уже высказываются, что потенциал нашего экспорта в текущем сельскохозяйственном зерновом году (а он начался с 1 июля 2023-го и продлится по 1 июля 2024-го) будет несколько ниже, хотя мы будем вывозить достаточные объемы.