Прежде чем она успела взглянуть в зеркало, она уже почувствовала знакомое покалывание на губах. С тревогой она посмотрела на свое отражение и испугалась. Верхняя и нижняя губы были покрыты мелкими водянистыми пузырьками, которые через час превратились в красно-малиновые опухоли. Это было ужасно, так что ей хотелось заплакать и ругаться, но она лишь нанесла два слоя помады. Они только изменили ее лицо до неузнаваемости, но не смогли скрыть уродливые бугры на губах. Женя сидела на своей свадьбе с искусственной улыбкой и размазанной помадой на половине губы.
Сначала она почувствовала легкое покалывание, которое вскоре сменилось невыносимым зудом. К вечеру ощущения стали жгучими и болезненными. Она не могла есть, пить или даже целоваться из-за этого. Однако гости, потрясенные алкоголем, не обращали внимания на ее проблемы и жестко придерживались правил и традиций свадьбы. Если свадьба, то "Горько!" и все должны целоваться, считая. И если гостям покажется, что число поцелуев недостаточно большое, им придется повторить, поэтому простой поцелуй не подходил.
Но все это было бы незначительным. Толя спокойно отреагировал на ситуацию, понимая, что полгода ожидания не должны испортить несколько дней. Первая брачная ночь всего лишь формальность... Однако на следующее утро Любовь Филипповна ворвалась в их комнату, выглядя яростной и неукротимой.
- Покажи мне простыни! - она крикнула.
— Что? — Женя почувствовала сильное стыдное ощущение и прикрылась одеялом.
— Я говорю о простынях, доставь их сюда. Я повешу их на веревку.
— Мама, что ты делаешь?
— Ну что ж, так и должно быть. Посмотрим, какие простыни ты выбрал. Будешь думать о себе или о нас?
— А что вы можете сделать? — грубо прокричала Женя, показываясь из-под одеяла.
— Мне это очень важно, — ответила свекровь с силой, — я не хочу быть посмешищем для соседей. Так что же, простыни покажи.
— Мама, пожалуйста, выйдите. — Толик встал с кровати, обнял мать за плечи и почти насильно вывел ее из комнаты. — У тебя будут простыни.
— Но... как это? — Женя прошептала с негодованием. — Я взрослая женщина. — Ее глаза наполнились гневом и слезами. — В каком мире мы живем? — Ее слова запутались, не давая мыслям выстраиваться в нужном порядке. — Зачем ты ей говоришь о простынях? У нас их и не было.
— Не обижайся, мы что-нибудь придумаем, — неловко сказал Анатолий, пытаясь успокоить Женю.
— Что ты собираешься сделать? Я больше не могу оставаться здесь ни дня! — воскликнула Женя, выражая свою ярость. — Ты неадекват!
Анатолий попытался успокоить Женю: "Пожалуйста, не говори так, Женя. Ведь это моя мать", — прошептал он, взял бокал со стола и небрежно разлил содержимое на постель. Затем он быстро надел брюки, снял простынь и вышел из комнаты.
Целый день Женя просидела в комнате, так и не решившись выйти на улицу, где на веревке с бельем висела простынь с пятнами красного вина.
