В ночь на 1 июля 1943 года за линию фронта был отправлен ещё один советский разведчик, в ускоренном темпе подготовленный фронтовой контрразведкой Ленинградского фронта. Николая Степановича Андреева отобрали из 42-й армии. Невзирая на то, что он попал сюда с понижением в должности, это был достойный человек, на которого чекисты решили положиться.
По легенде он должен был «сбежать» к немцам и затем внедриться в школу абвера. В последующем собирать сведения об агентах, которых будут готовить к заброске в советский тыл. И в то же время находить среди курсантов патриотов, которых вовлекать в активное противодействие немцам. Будущего агента Маковеенко готовил лично. Времени на «раскачку» было немного, но занимались и прорабатывали все моменты легенды интенсивно.
…Андреев по замыслу «отстал от группы» бойцов во время возвращения с задания. Наши взметнули над нейтральной полосой осветительную ракету, постреляли для вида в сторону немцев. За это время разведчик перебежал на немецкую сторону.
Попал он на штаб полка испанской «Голубой дивизии» в Пушкине, но вскоре его передали в немецкую контрразведку при 18-й армии. Разведчика испытывали и морально, и физически, подсаживали в камеру провокаторов, но он всё пережил.
Первую весточку от него передал сбежавший из фашистского плена на самолёте лётчик Лошаков. Николаю Степановичу удалось «отговориться» от армии Власова, в которую тогда активно вербовали. После этого его привезли в местечко Нойгоф вблизи города Кенигсберга. Здесь среди леса был огромный лагерь. Оказалось, что он попал куда следовал – в крупнейшую школу абвера. Начальники её засылали агентов в советские тылы ещё с начала войны.
Начались занятия. Из Николая Степановича готовили будущего радиста. Теперь нужно было отыскать единомышленников. Андреев понимал, что любая ошибка в человеке будет стоить ему жизни. Он присматривался к «курсантам» и пытался заводить аккуратные разговоры о том, что можно и здесь работать против фашистов. Он сдружился с бывшим танкистом Валентином Кремневым. От него Андреев многое узнал по организации школы, тому, что она считается образцовой.
Оказалось, что в каждом лагере готовят «курсантов» для своих целей: кого-то для работы в прифронтовой полосе, других планировали отправлять далеко в тыл, третьих – внедрять на промышленные предприятия. Школа имела отличное техническое оснащение. Здесь же изготовляли фальшивые документы.
«Курсантов» учили правилам проникновения на военные объекты, кодированному радиообмену и ещё множеству дисциплин. На макетах городов учили маскироваться и хорошо ориентироваться.
Через некоторое время «в компании» Андреева и Кремнева появился ещё один человек – лётчик Евгений Садовский, потом военнопленный Константин Трепов. Именно этот человек предупредил Николая Степановича о многих провокаторах и бывших уголовниках.
В мае 1944 года учёба закончилась. Андреев и Кремнев договорились, что сделают всё, чтобы десантироваться в разных группах. Это было важно, чтобы сдать предателей, которые будут прыгать вместе с ними.
Очутившись в оккупированном Минске, Андреев познакомился с агентами из других школ. Узнал их клички, имена, особые приметы. Когда немцы бежали из Белоруссии, захватив с собой и своих подготовленных, но ещё не внедрённых агентов, Андреев очутился в Польше. Здесь он привлёк к разведывательной работе ещё одного человека.
6 октября 1944 года они опустились десантом на свободную от фашистов землю. Вскоре Андреев и ещё один помощник в группе сдали остальных контрразведке.
За год и 3 мес. в тылу врага разведчик собрал массу бесценной информации о методах работы врага и агентах, переброшенных (или подготовленных) в тыл Красной армии. Были арестованы десятки предателей и сотрудничающих с ними лиц.
Николая Степановича наградили орденом Отечественной войны I степени, вернули звание. До Победы он воевал в войсках ПВО. А от его помощников за линией фронта ещё долго шла важная информация.
Дорогие друзья, спасибо за ваши лайки и комментарии, они очень важны! Читайте другие интересные статьи на нашем канале.