Жизнь советского человека

Тот день, 16 октября 1944 года, начался не с рассвета, а с гула. Артподготовка со стороны противника была такой плотной, что песок сыпался с потолочных жердей наблюдательного пункта. Лев Боков, командир подразделения, сидел под тремя накатами в двухстах метрах перед передним краем (там, где любая огневая активность противника отдавалась во всём теле). В его подчинении оказались двое: старший радист Иван, 1926 года рождения, с цепкими, как у ящерицы, повадками, и молчаливый молодой солдат Николай...

Владимир Игнатьевич Курчейко, выпускник Новосибирского топографического техникума, всю жизнь проработал в Новосибирском аэрогеодезическом предприятии, поднявшись от рядового топографа до начальника экспедиции. В первых числах июня 1961 года вёл свою бригаду по таёжным тропам. Вперёд двигалось четверо мужчин: сам Курчейко, студент-практикант Сергей Грошев, рабочие Андрей Саков и его сводный брат Михаил. Четыре лошади, завьюченные до предела снаряжением. Путь лежал от посёлка лесозаготовителей Йогач...

Осень 1941 года. Ивановская область. Территории, на которых сегодня располагается Владимирская область, тогда входили в её состав. Пока на подступах к Москве гремели танковые сражения, в тихих цехах ковровских заводов и на базарах Гусь-Хрустального шла иная, невидимая война. Её оружие - слухи: панические, лживые, разъедающие волю к победе. У Кремля было своё оружие - Указ Президиума Верховного Совета СССР от 6 июля 1941 года – борьба с ложными слухами, возбуждающими тревогу. И карающий меч органов госбезопасности...

Летом 1960 года в Заполярье бригада геодезистов предприятия № 8 заканчивала сезон. Работа была адской. Требовалось закопать в вечную мерзлоту грунтовые реперы. Евгений Кондрашук, выпускник Новосибирского топографического техникума, за лето установил более сорока центров. Сначала помогал чудо-агрегат «парооттаиватель» на гусеницах. С ним закопали 30 штук. Но потом технику передали в другую экспедицию, и дальше пять парней долбили промерзшую землю вручную. Глубина котлованов составляла более двух метров...

Осенью 1941 года на секретном заводе под Владимиром произошло то, что вполне можно было назвать намеренным «очковтирательством» или даже вредительством в военное время. Директор предприятия, заработавший орден Красного Знамени за рекордные показатели, вдруг... занизил реальные мощности завода в несколько раз. Он объяснил наркомату, что цех способен выдавать 8 тысяч деталей в день, хотя на самом деле штамповал все 20. Зачем директору понадобилось скрывать успехи? Ответ нашли чекисты, и он оказался совершенно неожиданным...

В степях Хакасии, среди бескрайних ковыльных волн, хранят молчаливую тайну древние камни. Легенды о них передаются у местных жителей столетиями из поколения в поколение. И даже прагматичного скептика, геодезиста со стажем из Минусинской экспедиции история из его практики заставила задуматься – быть может, эти изваяния действительно имеют особую силу? В 1962 году бригадир геодезистов-топографов Виктор Романович Ященко работал в Долине мертвых царей. Это место, где среди десятков курганов возвышался Большой Салбыкский курган...

Ленинградская осень 1939 года выдалась промозглой. Ленинградские ребятишки, обычные мальчишки и девчонки из Парголова, возвращались тогда из школы привычной улочкой между деревянными домами. И вдруг услышали тоненькое, надрывное поскуливание. Из-под покосившегося забора торчал крошечный мокрый нос. Щенок. Замёрзший, голодный, ничей. Дети, не сговариваясь, подхватили комочек шерсти и потащили в тёплую квартиру. Пусть родители ворчат, пусть ругаются – не выкидывать же сироту на мороз. Щенка отмыли, отогрели, назвали Трезоркой...

Он начал писать дневник в самую страшную новогоднюю ночь в истории Ленинграда - с 31 декабря 1941 на 1 января 1942 года. И это оказался единственный сохранившийся документ того времени, который напрочь отличался от остальных, похожих на поминальные записки... Григорий Зуймач, 37 лет, сотрудник студии «Ленфотохудожник» на Невском 42. Латыш по национальности, бывший красноармеец, муж, отец двоих детей (они успели уехать в Ульяновскую область до того, как кольцо блокады замкнулось), и, как выяснилось позже, главный «доктор» целой коммунальной квартиры...

Июль 1941 года. Иваново. Пока на фронте гремели танковые сражения и Красная Армия отступала к Москве, в глубоком тылу зрел свой, теневой фронт. Патриотический подъем, о котором писали газеты, был лишь одной стороной медали. Другая выглядела куда страшнее: голод, хаос эвакуации и волна вооруженных людей в лесах, не желавших воевать, но жаждавших грабить. 22 июля 1941 года в спецзаписке Наркому госбезопасности СССР описывались настроения, от которых становилось страшно. В деревне Холщёвниково бывший...

Работа в тот день не задалась с самого утра. Гора оказалась на редкость высока и крута, подъём на неё превращался в настоящее испытание. Фёдор Леоненко, тогда ещё просто бригадир, принял единственно верное решение. Он оставил лошадей, рабочего с конюхом у палаток на берегу реки, чтобы не рисковать животными и живыми душами на каменных россыпях. Взяв с собой лишь помощника Николая Сотникова и завернув в брезент драгоценные инструменты, геодезист отправился покорять вершину. День выдался на редкость жарким даже для центральной части Сибири...

Она оказалась среди арестованных в Краснодаре советских граждан в 1942 году. На следующий год, когда чекисты взяли в плен одного из «соратников» Курта Кристмана, тот рассказал – рядом с шефом постоянно живёт симпатичная брюнетка лет 18-20. Ей сняли отдельное жильё и снабжают питанием. Её единственной обязанностью является обслуживание Кристмана. Так имя юной Томки впервые появилось в документах советской контрразведки... 1942 год, оккупирован Краснодар. На улицах патрули, комендантский час, расправы...