Всё лето 1870 года Илья Репин провёл в приволжских селениях, проникаясь жизнью бурлаков.
Сюжет
На речном берегу тянут судно бурлаки. По полотну Репина, которое, кажется, даже в школьных учебниках истории есть, растиражирован образ нищего оборванца, которому и на жизнь иначе не заработать, кроме как адским трудом. Репин ещё и подбрасывает дров в социальный костёр: на горизонте виднеется символ прогресса — буксир, который мог бы заменить бурлака, облегчить его участь, но почему-то не используется.
Характеры выписаны настолько эмоционально и живо, что охотно верится этой истории. Однако не торопитесь судить по одной картине о целом явлении в экономике царской России. Дело в том, что процесс работы бурлака был другим.
На баржах стоял большой барабан, на который был намотан трос с прицепленными к нему тремя якорями. Движение начиналось с того, что люди садились в лодку, забирали с собой канат с якорями и плыли вверх по течению. По пути якоря бросали. Бурлаки на барже цеплялись за трос своими чалками и шли от носа на корму, выбирая канат, а там, на корме, его наматывали на барабан. Получалось, что шли они назад, а палуба у них под ногами проходила вперёд. Потом они опять бежали на нос баржи, и всё это повторялось. Вот так баржа и плыла вверх по течению до первого якоря, который потом поднимали, далее до второго и третьего. То, что описал Репин, происходило, если лоцман сажал баржу на мель. Такая работа оплачивалась отдельно.
Что до денег и харчей, то бурлак был далеко не так нищ, как показал художник.
Контекст
«Бурлаки на Волге» — ранняя работа Репина. Ещё и 30 лет ему не исполнилось, когда было завершено полотно. В то время художник был студентом Академии и в основном писал на библейские сюжеты. К реализму Репин обратился, кажется, неожиданно для самого себя.
Репин поселился в Самарской области на всё лето, знакомился с местными, расспрашивал о жизни. «Должен сознаться откровенно, что меня нисколько не занимал вопрос быта и социального строя договоров бурлаков с хозяевами; я расспрашивал их, только чтобы придать некоторый серьёз своему делу. Сказать правду, я даже рассеянно слушал какой-нибудь рассказ или подробность об их отношениях к хозяевам и этим мальчикам-кровопийцам».
Гораздо больше художника увлекал сам образ бурлака: «Вот этот, с которым я поравнялся и иду в ногу, — вот история, вот роман! Да что все романы и все истории перед этой фигурой! Боже, как дивно у него повязана тряпицей голова, как закурчавились волосы к шее, а главное — цвет его лица!» Так Репин описывал Канина — бурлака, расстриженного священника, с которым он познакомился на Волге. Его художник считал «вершиной бурлацкой эпопеи».
Публика увидела картину в 1873 году в Петербурге на художественной выставке произведений живописи и скульптуры, предназначенных для отправки в Вену на Всемирную выставку. Отзывы были противоречивыми.
И всё же работа нашла покупателя. Им стал великий князь Владимир Александрович, из-за чего полотно оказалось закрытым для широкой публики, которая могла видеть его только на выставках.
Судьба художника
Жизнь Репина была долгой и насыщенной. Начиная с «Бурлаков на Волге» о художнике заговорили как о новом явлении в искусстве. Со временем он стал одним из самых популярным портретистов. Позировали ему даже те, кто никогда не соглашался ни на чьё предложение.
Каждое своё полотно Репин выписывал основательно, на работу уходило по несколько лет. Идеей он увлекал и семью, и друзей. Все они искали костюмы, позировали, буквально жили сюжетом.
А когда Репин работал над картиной «Правительница царевна Софья Алексеевна через год после заключения её в Новодевичьем монастыре во время казни стрельцов и пытки всей её прислуги 1698 года», то даже жил недалеко от монастыря. Тем временем первая жена Репина Вера Алексеевна собственноручно шила платье по эскизам, принесённым из Оружейной палаты.
Вокруг личности Репина — немало мистических историй. И о том, как картины его влияли на людей, и о том, что многие натурщики вскоре умирали не своей смертью, и о том, как Илья Ефимович с колдунами общался.