Я помню дату, когда окончательно потеряла верю в людей, как сейчас помню - 08 декабря. Эта дата связана с одним из тяжелых воспоминаний в моей работе.
7 Декабря в 21-30 в приемный покой моей больницы привозят на личном автотранспорте ребенка в тяжелом состоянии с ожогами 3 степени 45 % тела: нижних конечностей, ягодиц, промежности. Сразу в реанимацию... Со слов родителей: ожог в быту, на юбилее бабушки, ребенок сел в ведро с кипящим чаем. Приехали самостоятельно, чтобы не ждать скорую помощь. Осматриваем в реанимации- симпатичный няшный мальчик, со светлыми волосами, светлая чистая кожа, а ниже пояса- четкая, ровная линия ярко-красной кожи, со вскрывшимися - пузырями - виден базальный слой кожи, множество невскрывшимися пузырями на ногах, на ягодицах, на промежности; размерами от 5 до 12 см... Мы переглянулись с анестезиологом-реаниматологом - у нас у обоих начинают появляться сомнения в словах родителей- линия граница ожога слишком четкая, проходит по талии, нет "потеков"... Ок работаем: интубация, вход в обе подключичные вены, расчет и введение растворов и препаратов... Докладываем в ожоговый центр, вызов комбустиологов ожогового центра на себя: пациент не транспортабелен, на попытку переложить дает остановку сердца, сердце завели на 3 минуте... Молимся и материмся одновременно... В течении 8 часов состояние ребенка прогрессивно ухудшается: в 03-20 вторая остановка сердца, завели на 13 минуте, в 05-40 третья- завели на 23 минуте, в 06-40- четвертая... Анестезиолог- реаниматолог в 7-10 утра вызывает меня на констатацию смерти мозга-..я не могу это сделать, у меня рука не подымается.. "
Когда я пришла в реанимацию, в палате были его родители. Даю время им попрощаться... От донорства отказываются... В их присутствии я отключила аппараты... Истерика родителей...
Вот так... 12 часов и нет Игореши.
Потом уже звоню в прокуратуру, вызываю следователей, осмотр, выемка документов, фотографирование трупа экспертом- криминалистом и отправка в центральное бюро судебно-медицинской экспертизы...
Следователь прокуратуры в воскресенье вызвал меня на дачу показаний/допрос. Оказывается родители написали заявление о разбирательстве по факту гибели ребенка...
Первая фраза у следователя была- расскажите мне, почему вы ребенка убили...
Вот тогда я разозлилась: - Я убила? Вы не охренели совсем? А почему наша помощь понадобилась? Почему у ребенка граница ожога ровная - его что посадили в кипяток? Почему нет потеков? Сколько в вашей практике было детей с такими повреждениями? Вы допрашивали родителей? При каких обстоятельствах и во сколько были получены ожоги?
А потом мы с ним почти 4 часа брали у меня объяснения. Я ему разьяснила биомеханизм ожогов у детей, расписали временные промежутки событий и состояния ребенка. Видимо он был удовлетворен моими показаниями... Больше он никого из медработников не вызывал.
В понедельник пришли родители ребенка и сказали, что у них нет претензий к больнице, мол никакие разбирательства Игоря уже не вернут. А у меня и у анестезиологов- реаниматологов остались вопросы.
По итогу дело так и не было заведено. А со следователем мы периодически переписываемся.
А я перестала верить родственникам пациентов, даже мамам и папам.
Декабря