Сначала определимся с термином. Национальная идентичность - это ощущение принадлежности к определённому этносу или нации, представленной уникальными традициями, культурой и языком. Она не тождественна понятиям национальности или гражданства, хотя они могут оказывать на неё сильное влияние.
Утрата национальной идентичности заметна всюду: в политике, экономике, образовании, науке, культуре, языке, образе жизни, семье и даже в городском ландшафте.
За 30 лет мы так и не отыскали общенациональную идеологию, которая бы стала «скрепой» государства и общества.
Из паспорта нам убрали графу национальность, а в Конституции вообще забыли прописать русский этнос.
За прошедшие годы нам вбивали в голову, что плановая экономическая система порочна. Не задумываясь, поставили ее на рыночные рельсы, подчинившись требованиям МВФ и ВТО.
Примерно тоже самое творится с российской наукой и образованием. Первая подогнана под западные стандарты. Вторая, по сути, стала платной.
Культура погрязла в ток-шоу, гламурных сплетнях и тотальной безвкусице. На голубом экране сплошной американский мордобой, однотипные вымученные сюжеты о ментах и бандитах и «опереточные» фильмы о прошедшей войне с немцами.
Это все высокие материи. Давайте обратимся к русскому человеку и его семье.
Здесь на национальную идентичность сильно повлияла урбанизация. Ведь когда-то Российская империя была аграрной страной и ее преимущественно сельское население строго соблюдало традиции своих предков.
Большевики, выдвинув лозунг «пролетарии всех стран объединяйтесь», приступили к индустриализации. Она требовала людских ресурсов. Если численность городского населения России в 1914 году составляла 15% от общего количества, то в 1961 году она выросла до 66%.
После распада СССР началось уничтожение ряда колхозов, совхозов, птицеферм, маслобоен, а потом и разорение фермерских хозяйств. Мужское население в региональных центрах поехала на вахту за длинным рублем в крупные город. Следом за ним потянулась молодежь. Оставив погибать деревню, она стала быстро забывать о своих корнях.
Сейчас четверть существовавших в советские годы сел и хуторов опустели полностью. Еще столько же осталось, но с населением не превышающем несколько десятков человек. Это старые люди, доживающие свой век.
Урбанизация способствовала утрате связей молодого поколения со старшим. Именно оно, то есть старшее, способно выступать в качестве проводника утрачиваемых традиций.
Ученые-демографы считают, что сохранение и воспроизводство национальной, народной или этнической идентичности
возможно только в рамках "фольклорно-деревенской" модели и ежедневного уклада жизни.
К слову, кто из читателей моего канала сможет сплясать «Барыню» спеть все куплеты «Во кузнице» или «Ой, да не вечер»?
Что можно сказать в заключение
С идентичностью сейчас проблемы. Мы на грани того, чтобы ее потерять. Суверенитет у нас укрепляется, а идентичность размывается. Она, находясь в болезненном состоянии, просто деградирует. Не уходит к корням, а просто рассеивается, теряя смысл.
Советские традиции мы растеряли, монархическая модель выглядит на сегодняшний день карикатурно, национализм наш ущербный и убогий. Именно потому поддержание сельского образа жизни должно выступать одной из основ сохранения национальной русской идентичности.