Об этом полководце современники отзывались как о человеке малограмотном, но при этом на редкость самоуверенном. Будучи всецело убеждённым в своей правоте и непогрешимости, Григорий Кулик не только не заботился о подчинённых должным образом, но и предпочитал держать их в ежовых рукавицах. Его любимейшим изречением было «Тюрьма или ордена» и, отдавая приказы или указания, он поступал с другими людьми в строгом соответствии с этой фразой.
Не умея хотя бы внятно излагать свои мысли, каким-то образом он смог дослужиться до маршальского звания, ставшего вершиной в его карьере, получил должность заместителя наркома обороны СССР и стал Героем Советского Союза.
А между тем время Великой Отечественной войны именно действия Кулика стали причиной ряда тяжёлых поражений Красной армии в первые месяцы войны. В частности, именно он в середине ноября 1941 года сдал Керчь врагу, да ещё в придачу к этом стал одним из главных распространителей пораженческих настроений в армии и деморализации в среде командования крымских войск.
Также в процессе следствия позднее всплыли и другие факты, согласно которым Кулик на фронте не только не выполнял должным образом свои обязанности, но и вёл разгульный образ жизни, а заодно и расхищал государственную собственность.
За эти «подвиги» Григорий Кулик был лишён звания Героя Советского Союза и маршальского звания, лишился всех орденов и был снят с поста заместителя наркома обороны СССР. Но уже в марте 1942 года его повысили до генерал-лейтенанта и назначили командующим 4-й гвардейской армией. Одним словом, отделался он, что называется, лёгким испугом. И это - в то время, когда всего лишь за самовольный выход из окружения другие командиры запросто могли пойти под трибунал и получить «вышку».
До конца войны Григорий Кулик, занимая различные командные должности успел натворить ещё много «хорошего», всецело оправдывая своё прозвище - «маршал-катастрофа». А на завершающем этапе ВОВ он озаботился вопросами личного обогащения за счёт трофеев. Пять легковых машин и две племенные коровы - вот сколько «добра» привёз он с Запада. Но и за это должностное преступление избежал серьёзного наказания: дело обошлось всего лишь лёгким порицанием.
И очень может быть, что всё сходило бы Григорию Кулику с рук и дальше, если бы не грубость и несдержанность. Будучи в подпитии «маршал-катастрофа» и два его приятеля-генерала - Гордов и Рыбальченко так костерили Берию, Булганина и даже самого Сталина во время одной из дружеских встреч, что сотрудники МГБ невольно заинтересовались их беседой.
Для Кулика и его приятелей это стало началом конца. Далее последовали арест, обвинение в организации заговорщицкой группы для борьбы с Советской властью, суд и казнь.
Вред, который Кулик нанёс Красной армии своими действиями (а ещё больше бездействием) во время войны, вполне ясен и очевиден. Но был в его биографии вред и другой, ещё «довоенный».
Так, будучи заместителем наркома обороны, Кулик всячески тормозил формирование танковых и механизированных корпусов. По его мнению танки был ни на что другое не способными, кроме как выступать в качестве поддержки пехотных частей. А если так, то зачем нужно выпускать боевые машины в таком большом количестве?
Кроме того, именно по инициативе Кулика с производства были сняты пушки 45- и 76,2 мм, поскольку он считал их неэффективными. Позднее, уже после начала войны, выпуск этих орудий пришлось налаживать заново, причём с большими трудностями. Если бы заместитель наркома обороны был более дальновиден и предусмотрителен, этого, конечно же, не случилось. Не пришлось бы в короткий срок и в большой спешке налаживать выпуск пушек, столь необходимых на фронте, поскольку ещё до начала войны был бы создан хоть какой-то их запас.
Даже реактивное оружие «БМ-13» (оно же - «катюша») Кулик успел забраковать, поскольку считал его «ерундой», не достойной внимания. И если бы не упорство военпреда Главного артиллерийского управления Василия Аборенкова, который в обход своего начальника всё же исхитрился передать докладную записку с описанием нового оружия Сталину, то возможно, мир никогда не узнал о легендарной «катюше».
Вот сколько вреда за относительно недолгое время успел нанести обороноспособности СССР один-единственный человек, который хоть и достиг высот военной карьеры, но при этом не имел соответствующих высокой должности склада ума и образования. И то, что за эти свои «художества» Григорий Кулик получил прозвище «маршал-катастрофа», стало вполне закономерным итогом его (не побоимся этого слова) разрушительной деятельности.
