Как психолог, я не могла пройти мимо интервью Ксении Собчак с Настасьей Самбурской. Особенно, когда оба персонажа мне симпатизируют.
Разговор получился ярким, местами провокационным, и дал много материала для анализа. Ксения, как всегда, умело раскрывает собеседника, но порой ее напор кажется излишним. Давайте посмотрим, что происходило в беседе и что это говорит о Настасье с точки зрения психологии.
Отношения с отцом и выбор партнеров
Одной из центральных тем стали отношения Настасьи с отцом. Она честно призналась, что он не был для нее опорой, и предположила, что это могло повлиять на ее выбор партнеров — возможно, даже нарциссичных.
Это классический пример того, как детский опыт формирует взрослые паттерны.
Отсутствие надежной фигуры отца часто толкает человека к поиску "заместителей" в романтических отношениях, и не всегда эти выборы оказываются здоровыми.
Но вот что впечатляет: Настасья не просто констатирует факт — она рефлексирует, осознает эту связь.
Это говорит о высокой степени самосознания, что в психологии считается важным шагом к изменениям.
Ксения же местами слишком давила, будто пытаясь доказать, что такие отношения — это "диагноз". А ведь нет: это не делает Настасью ни жертвой, ни проблемной — это просто часть ее истории, с которой она работает.
Нарциссизм: чей это ярлык?
Еще один любопытный момент — обсуждение нарциссизма.
Ксения явно хотела подвести к мысли, что либо сама Настасья, либо ее партнеры несут этот "штамп".
Но Настасья уверенно держала свою линию: если она и сталкивалась с нарциссами, это не значит, что она сама такая или что с ней что-то не так.
И я, как психолог, полностью с этим согласна. Встреча с нарциссом в отношениях — не приговор и не отражение твоей личности.
Это может быть следствием уязвимостей, которые идут из детства, но ключевое здесь — осознание. Настасья не прячется от правды, и это ее сила. Ксения же, кажется, переборщила с попытками навесить ярлык, упуская, что психология — не про обвинения, а про понимание.
Прощение родителей: нужно ли оно?
Самый спорный момент — это когда Ксения заговорила о прощении.
Она мягко, но настойчиво намекала, что Настасье стоит простить отца, чтобы "освободиться".
Скорее всего, Ксения опирается на популярные идеи вроде тех, что продвигает Луиза Хей, или исследования Эверетта Уортингтона о прощении как способе снять эмоциональный груз.
И правда, для многих прощение работает — оно помогает закрыть старые раны.
Но вот что важно: это не универсальное правило.
Настасья упоминала, что отец был, мягко говоря, никудышным — и если это так, почему она обязана его прощать?
В психологии нет догмы, что прощение родителей обязательно, особенно если они серьезно подвели. Для кого-то достаточно просто принять прошлое и двигаться дальше, не выдавливая из себя "прощаю".
Настасья уже сделала многое, признав влияние отца, — и это само по себе ценно.
Ксения, возможно, хотела помочь, но ее совет звучал как давление, а не поддержка.
При всем профессионализме, Ксения местами перегибала с выводами, пытаясь уложить историю Настасьи в готовую схему.
Но жизнь — не шаблон.
Как психолог, я вижу в Самбурской не "сломанную" героиню, а женщину, которая идет своим путем.
Ей не нужно прощать отца, если она к этому не готова, и не нужно доказывать, что она "нормальная". Она уже доказала это своей честностью.
Итог: сила Настасьи в искренности и уязвимости
Лично мне Настасья показалась очень искренней, уязвимой и настоящей. Да, она может быть резкой, но в этом ее подлинность — она такая, какая есть, и в этом ее красота. Она не играет роль "идеальной", не прячется за маской, а открыто говорит о своих сложностях. Это редкое качество, особенно в публичном пространстве. Ее уязвимость — не слабость, а признак внутренней силы, готовности быть честной с собой и другими.
А как вам это интервью? Какие у вас мысли на этот счет?
Автор: Устимова Регина Александровна
Психолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru