Тут царевна Софья отвлеклась от воспоминаний и вернулась в настоящее. Будь Петр поумнее да сдержаннее, сразу бы понял: главные зачинщики первого стрелецкого бунта, как всегда оставшиеся в тени, прежде всего свои личные цели преследовали.
Ведь не о государстве думали. Свои цели преследовали. Им хотелось возвести малолетнего царевича на трон, не потому, что в нем надежду государства видели? Главной задачей было регентом при нем царицу Наталью Кирилловну поставить. Очень удобная фигура оказалась! Умишком не вышла, лишь на одно способна была: квохтать аки курица, руки расставив, да рыдать по случаю и без случая.
Зная о ее безумной любви к сыну, причем, определить, что верх брало — любовь или собственное тщеславие — так никто и не понял, манипулировать вдовой царицей было очень удобно. Но, самое главное, прикрываясь ее именем государственную казну разворовывать. Чем, кстати, уже по полной мере пользовалась нарышкинская и матеевская родня. Как же быстро слабость почувствовали! Бесстыже все растаскивали и посмеивались...
— Ох, какая беда, что брат, царь Федор умер, не оставив наследников! — горько вздохнула узница, — родись у него дитятко, не пришлось бы теперь кровь ногами месить.
Вспомнила и горючую слезу уронила. Перед глазами, словно вчера это случилось, день предстал, как за гробом к царя Федора Алексеевича в числе первых, вопреки обычаям шла, недовольные взгляды со всех сторон собирая. Рано Федя ушел, очень рано…
Порой думается, что его Артамошка Матвеев ядом извел, как прежде с сыном Феодосии Морозовой сделал. Все знали: не чурается подобными методами неугодных себе убирать. Лишь одно от обвинений открытых сдерживало: на момент смерти брата в ссылке находился. Хотя что ему мешало это на расстоянии сделать? Словом, не смогла отказаться от подозрений.
— Царь меня ненавидит, — продолжала рассуждать Софья Алексеевна, — а спрашивается за что? Ведь только благодаря мне вместе со своей родительницей во время бунта жив остался…
Самое интересное, что бояре, храбрые лишь на языке, прятались за ее спину и крестились в страхе. Кто бы мог подумать, что пройдет несколько лет и они, забыв о том, кому своей жизнью обязаны, легко ее предадут… В тот день, как это не удивительно разъяренная толпа вняла ее речам, а озверевшие от запаха крови и безнаказанности командиры согласились с ее разумными доводами. Один Господь Бог знает, с каким трудом удалось достичь компромисса!..
Публикация по теме: Софья-Сусанна, часть 11
Начало по ссылке
Продолжение по ссылке