Глава 3. Первый танец Тени
Глава 4. Призраки прошлого и тени будущего
Где-то вдалеке ныли сирены, но братва уже растворилась в лабиринте городских улиц. Диса знал, что его жизнь изменилась навсегда. Теперь, зная правду о происхождении его силы, он понимал, что битва за его душу ещё только впереди. За ним придут, как пришли за тем… кто одарил его тогда.
Последний взгляд на зловещее здание института, и он растворился в темноте, унося с собой не только документы, но и тяжёлый груз знаний об истинной природе своего проклятия. Впереди его ждала очередная ночь, полная кошмаров и откровений. А где-то там, в лабиринтах памяти, последним якорем, удерживающим его человечность на краю бездны, стоял образ Маси.
Глава 5. Обладатель власти
Февральский закат окрашивал снег в багровые тона, словно предвещая новую кровавую ночь. Город раскинулся внизу с проплешинами пустырей и тёмными провалами заброшенных домов. Диса стоял у панорамного окна своего нового убежища, рассматривая то, что осталось от некогда процветающего наукограда. Сумерки окутывали многоэтажки серой дымкой, превращая их в призрачные силуэты, а редкие огни в окнах напоминали тлеющие угольки давно потухшего костра надежды.
В отражении стекла он едва узнавал себя. Лицо, словно вырезанное из слоновой кости, — бледное, с заострившимися чертами, словно высеченными острым ножом. Глаза, прежде карие и тёплые, теперь светились янтарным огнём двумя тлеющими угольками в глубине черепа. Кожаная куртка, которая раньше сидела, как влитая, теперь висела мешком на исхудавших плечах.
Роскошь нового логова казалась издевательской декорацией: антикварная мебель, ковры, хрустальные люстры — всё это кричало о богатстве и власти. Но Диса чувствовал себя здесь чужим - актёром на сцене, играющим роль, которая была не по душе. Память то и дело возвращала его в свою убогую квартирку, где протекающий кран отбивал ритм простой, но честной жизни.
Звонок в дверь застал его врасплох. В такой час к нему редко кто осмеливался приходить без предупреждения. На пороге стояла Мария, и её появление выбило его из колеи сильнее любого удара.
Она была такой же красивой, как в школе, — те же тёмные кудри, те же лучистые глаза, только теперь в них читалась усталость.
Диса молча отступил вглубь квартиры в приглашающем жесте, и осторожно покосился на свою тень, чёрным пятном, растянувшуюся на стене за дверью.
Мария шагнула вперёд и тихо произнесла:
— После той встречи в баре... Я не могу перестать думать о том, что с тобой происходит.
Мгла внутри заёрзала, почувствовав эмоциональную близость. Эта бурлящая сила всегда становилась активнее, когда Диса испытывал сильные чувства. А сейчас его сердце было готово выпрыгнуть из груди.
— Тебе лучше держаться подальше от меня, — хрипло произнёс он. — Я опасный человек.
Мария уверенно подошла ближе, а Диса жадно ловил и вычленял из смеси запахов духов и больничных лекарств аромат её тела. Воспоминания нахлынули волной: школьный двор, её смех на переменах, случайные встречи на улице, когда сердце замирало от одного её взгляда. Он хотел было вытолкнуть женщину, но не посмел. Ему так хотелось довериться кому-то близкому и родному.
— Я вижу, что ты болен, — она протянула руку к его лицу, но замерла на полпути, заметив, как он отшатнулся. — Позволь мне помочь.
Он отстранил её рукой и отошёл к окну, пытаясь совладать с демоном, который метался внутри, требуя действий. Присутствие Тени стало почти осязаемым — по стеклу поползли чёрные разводы, отражаясь в испуганных глазах Марии.
- Господи, — прошептала она. - Что это?
— То, во что я превратился, — Диса повернулся к ней, позволяя увидеть, как янтарный огонь в его глазах разгорается ярче. — Теперь ты понимаешь, почему тебе нужно уйти?
Но вместо страха в её взгляде появилась решимость. Она сделала шаг вперёд, затем ещё один.
— Я видела слишком много смертей в больнице, слишком много потерянных душ, — её голос дрожал. — И я вижу, что ты борешься… с этим… и остаёшься человеком.
Тень взревела внутри, требуя растерзать её, однако другая часть его существа, та, что всё ещё помнила вкус надежды, тянулась к женскому теплу.
Мария коснулась его лица, и от этого прикосновения Тень внутри заметалась раненым зверем.
— Я видела в морге людей после кровожадных расправ… о которых болтают в городе.
Её пальцы были тёплыми, живыми, и этот контраст с его внутренним холодом ощущался почти болезненным.
- Почему ты пришла? — недоверие в его голосе смешивалось с надеждой.
- Потому что я помню другого Дениса. Того мальчишку, который краснел, встречая меня в школьных коридорах. Который защищал слабых, хотя сам едва держался на ногах после драки.
Что-то внутри Дисы надломилось от этих слов. Стена, которую он воздвиг между собой и миром, дала трещину. Тень забилась сильнее, но теперь в её яростном шёпоте слышалась нотка страха. На бледной коже проступили чёрные вены.
— Мася... — он поднял руку и коснулся её шеи. — Я не знаю, сколько ещё смогу сопротивляться.
- Позволь мне стать твоим якорем, — прошептала она. - Тем, что удержит тебя на краю.
Их губы встретились, и на мгновение чудовище внутри отступило, словно угнетённое проявлением чистого человеческого чувства. Диса ощутил вкус соли — слеза обожгла его кожу, подобно святой воде.
Тень вернулась, окутывая сознание Дисы привычной пеленой ярости и жажды. Он оттолкнул Марию, сгибаясь от внутренней боли.
— Уходи, — прохрипел он. — Быстро!
Она помедлила у двери, оглядываясь на него в последний раз.
- Я вернусь, — в её голосе звучала уверенность. - Мы найдём способ победить это, Денис. Вместе.
Когда дверь закрылась, Диса рухнул на колени, сотрясаясь в беззвучном крике. Тень бесновалась внутри, наказывая его за момент слабости, за проблеск человечности. Но теперь у него появилось нечто большее, чем просто желание выжить. У него появилась надежда.
А за окном падал снег, укрывая город белым саваном, словно пытаясь спрятать все его тёмные тайны. Где-то там, в лабиринтах улиц, его Мася несла в себе частичку его прежнего «я» — того, кто ещё мог быть спасён. И ради этого стоило продолжать борьбу.