Задумала Маня на работу выскочить. Грустно в декрете сидеть, когда денег в кошельке маловато. Буквально будто котенок наплакал. И муж Манин, Петя, всячески этот выход на работу поддерживал.
- Иди, Маня, - Петя радовался, - работать. Отличная это идея. Сложно одному человеку троих сразу прокормить. Сразу на ум литература приходит - как один мужик прорву генералов кормил. И я как тот мужик несчастный. Иди, Маня. Иди, родимая. Вместе мы со всеми сложностями бытия справимся.
- Пойду, - Маня вздыхала, - куда мне деваться. Но жаль дитя Колюшку. Два года ему всего лишь. А мамочку по вечерам только видеть будет. Ох, и жалко его. У меня, пожалуй, и сил не будет колыбельную ему исполнить. После трудового-то дня.
- Колюшка, - Петя жену утешал, - “спасибо” тебе не скажет, ежели его все потребности насущные закрываться не будут. Выйдет Колюшка во двор с ребятами однажды. Все там на велосипедах катаются. А он чего же? А он на палочке верхом. А не имеют родители средств на велосипеды! И чего же, скажет Колюшка тебе благодарность?
- Не скажет, - Маня всхлипывала, - может, и рассердится даже он. Может, пролепечет чего обидного нам. Мол, лучше бы я в богатой семье уродился, а не у вас, горемычных.
- Вот и не доводи до подобного, - Петя отвечал, - а чеши-ка на работу. Не те сейчас времена - по декретам женщинам сидеть. Есть кому у нас с Колюшкой повозиться. Повезло тебе, можно сказать.
Это бабусю свою, Галину Макарьевну, в няньки Петя советовал.
“Сидит, - говорил он про бабусю, - целый день у окошка. Дел у бабуси - никаких. Кота только гладить да телевидение смотреть. Пусть-ка пользу она приносит лучше, пусть-ка с Колюшкой играется”.
А Маня кандидатуру бабусину одобрить не могла долго. Всем Галина Макарьевна хороша. Кроме одного - не окультурилась она, хоть и третий год из глухой деревни вывезли. А какая это нянька ребенку, если некультурная она бабуся? И чему Колюшку научит? Темная бабуся, в приметы всякие верит. Через плечо плюет и ребенку ножками сучить на стульчике запрещает. "Чертяк, - говорит, - качать это. Ежели ножками-то эдак валандать".
“Будут, - тревожно Маня размышляла, - Колюшку на свой манер воспитывать. И книжек ему не почитают добрых. И лепкой не позанимаются. И это я уже про аппликацию не говорю. Накормит Галина Макарьевна дитя супом, нос ему подолом утрет. И все на том. Развития совершенно никакого ожидать не приходится. Ох, и печаль какая. А детсад-то еще когда!”.
Но деваться некуда - пошла Маня трудиться. А Галина Макарьевна каждое утро к ним теперь является. Строго по времени приходит - будто часовой она. И с Колюшкой дни проводит. С утра и до вечера прямо.
Придет Маня домой вечером с работы. И всякие сцены видит. И от сцен этих дурно ей делается.
Скачет, допустим, ее ребенок родной на диванчике, в ладоши хлопает.
- Эка, - Галина Макарьевна с того же дивана хохочет, - взбубетенился мальчонка! Эво, вглягивает ножонкой! Вокурат коняга! А то мамка его кошек с рук, пузатая, не спускала. Вот балованный мальчонка и вылупился! А ку-к, Коляка, скажи мамке! Скажи-к ей… Неча, скажи, было кошаков тех драных тискать! Ха-ха!
А Маня про конягу с кошаками слушает. И расстраивается. Других детишек бабуси по театрам юного зрителя водят. А Колюшка взбубетенивается.
А то сидит дитя на коленях у бабки. Та ему халатом своим щеки трет. По телевиденью "Сельский час" дружно они смотрят.
- Соседка, - бабуся скажет, - вашая приперлася. Соль у нее окончилась. И так на Коляку зенки пучила, что и сглазила. Упрел Коляка орамше-т. Другорядь не пушшу я соседку эту. В залавок пусть прется, там соли ей и дадуть. Сглазила мальчонку, тюрюхайла глазливая!
Маня, конечно, Колюшку хватает, к груди своей прижимает. Чего ребенок упрел-то? Может, заболел он чем? Но нет, здоровое дитя. Румяное. И даже наглое какое-то. Мордатое сделалось, ногами топает, частушки орет. На лепку и аппликации даже смотреть не желает.
"Мура, - отмахивается от аппликации, - на постном масле! Пусть тилигенты ножничками стригут. А мы с бабулечкой лучше про тружеников села поглядим. Очень там интересно показывают".
И снова Мане обидно делается. Других детишек бабуси в скверики прогуляться выводят, а Колюшку халатом трут. И про будни села глядеть программы принуждают. Вместо лепки с аппликацией.
Вот и выбирай - чего тут важнее. Велосипеды или воспитание с развитием.
Ждет Маня детсада - как соловей лета. А как не ждать его? Вот, давеча, Колюшка “фуфлыгой” на какого-то кадра очкастого из телевизора обозвался. А чего дальше будет при таком воспитании - и подумать страшно.