Найти в Дзене

Лучшее из прочитанного этой зимой. Варламов, Иванов, Сальников и другие

За день до весны самое время подвести итоги, что хорошего было прочитано за зиму. Из новинок современной прозы на первом месте - "Одсун" Алексея Варламова. Не зря этому роману присудили в 2024 году премию "Большая книга". "Одсун" понравился масштабной попыткой осмыслить частную жизнь в историческом процессе, а историю представить как серию "одсунов" - изгнаний-переселений тех или иных народов или групп людей. Конечно, многое откликнулось и в описаниях советского детства и юности в 90-е. Почему "одсун" - потому что главный герой, наш современник, волею судеб оказался в Чехии и погрузился в тему депортации в 1945 году судетских немцев, исторически проживавших в приграничных районах Чехии. "Одсун" - в переводе с чешского "изгнание". Восторг от каждой главы - это про книгу Алексея Иванова "Вегетация". Жанр, увы, совсем не мой, и пришлось гуглить про все эти харвестеры, форвардеры и прочие чудовища, и постоянно было ощущение, что находишься то ли внутри компьютерной игры, то ли внутри тр

За день до весны самое время подвести итоги, что хорошего было прочитано за зиму.

Из новинок современной прозы на первом месте - "Одсун" Алексея Варламова. Не зря этому роману присудили в 2024 году премию "Большая книга". "Одсун" понравился масштабной попыткой осмыслить частную жизнь в историческом процессе, а историю представить как серию "одсунов" - изгнаний-переселений тех или иных народов или групп людей. Конечно, многое откликнулось и в описаниях советского детства и юности в 90-е.

Почему "одсун" - потому что главный герой, наш современник, волею судеб оказался в Чехии и погрузился в тему депортации в 1945 году судетских немцев, исторически проживавших в приграничных районах Чехии. "Одсун" - в переводе с чешского "изгнание".

Восторг от каждой главы - это про книгу Алексея Иванова "Вегетация". Жанр, увы, совсем не мой, и пришлось гуглить про все эти харвестеры, форвардеры и прочие чудовища, и постоянно было ощущение, что находишься то ли внутри компьютерной игры, то ли внутри трансформировавшегося фильма "Трансформеры".

Но даже в этом жанре, определенном как постапокалиптический био-дизель-панк пополам с приключенческим фэнтези, Алексей Иванов остается верен себе. Это книга в первую очередь о людях, которые сбиваются в очень разнородную команду и идут по рекам или прорываются сквозь непроходимые чащобы. В команде проявляются лучшие и худшие качества, но те, кто достоин будущего, все-таки находят "ответы на проклятые вопросы" - почти по Достоевскому.

Меня порадовала книга Алексея Сальникова "Когната", это был совершенный релакс - симпатичное социальное фэнтези со множеством отсылок к Стругацким и Евгению Шварцу (его пьесе "Дракон", известной по фильму Марка Захарова).

Сюжет захватил, и понравилось очень теплое отношение автора к своим героям. Понравилась ирония, с которой Сальников описывает политические перипетии в отношениях цивилизаций драконов и людей.

Новым именем для меня стал Гайто Газданов, раньше доводилось только слышать о нем. Его романы стали истинным погружением в жизнь парижских эмигрантов 1920-30-х годов.

Это не мемуары, хотя многое в них основано на фактах жизни писателя, это художественное осмысление, показ внутреннего мира эмигранта, по сути, человека второго или даже третьего сорта, оказавшегося на дне жизни. Повествование идет от первого лица, и рассказчик часто равен автору, но не всегда.

Герметичный триллер Яны Вагнер "Живые люди" - еще одна книга в копилку лучшего из прочитанного. Напряженный сюжет и психологизм, мастерское создание атмосферы - как и в других книгах Яны Вагнер, здесь у меня тоже было ощущение, что нахожусь среди героев, и мне тоже страшно, потому что непонятно, что случится завтра.

Книга о том, как взрослые люди, со своим непростым прошлым, со своими тщательно скрываемыми душевными ранами, сложно и долго находят путь друг к другу. Поэтому и остаются живыми.

В психологическом детективе Жоэля Диккера "Дикий зверь" все герои имеют свои маленькие слабости, потакая которым, оказываются внутри закрученной детективной истории. Тоже испытала читательский восторг.

Двойственное ощущение вызвала книга Кати Качур "Любимчик Эпохи". С одной стороны, написано лихо-весело, Катя Качур - отменная рассказчица, она умеет удерживать внимание и неожиданными поворотами сюжета, и небанальными приемами.

Например, таким, как двойное повествование: события происходят своим чередом, а в следующей главе мы видим те же события глазами тех же героев, уже окончивших земной путь и находящихся... Ну пусть на небесах или в нирване, но не с нами на грешной земле. И одни и те же события раскрываются с разных сторон.

Словом, достоинства есть, но не хватило какой-то жизненной правды, что ли. Слишком все фантазийно, избыточно, нереально. Прочитала, а зачем? Разве что несколько вечеров скоротала.

Совершенно другие чувства у меня вызвала книга Светланы Павловой "Голод". Но тут и жанр другой - автофикшен. Книга понравилась честностью — лирическая героиня предельно откровенна. Перед нами очередная история провинциалки — покорительницы Москвы подана через болезненные изменения, которые претерпевает психика и физическое тело.

Было интересно больше узнать о том, что в голове у сегодняшних миллениалов, которых называют нереализованным поколением. Завышенная планка ожиданий, тревожность, различные расстройства, мании и фобии при внешнем вроде бы благополучии — это все про них.

Но к этой книге у меня тоже двойственное отношение: я не понимаю, зачем героиня с таким упорством разрушает себя, и зачем автор смакует процесс саморазрушения своей героини.

Для баланса читала "уютные" книжечки. "Убийства и кексики" Питера Боланда - про неугомонных британских пенсионерок, раскрывших серию убийств в городке благодаря чтению детективов. Бабули занимаются благотворительностью, и как выяснилось, даже на этой почве может произойти немало странного.

"Безумно богатые азиаты" Кевина Квана - незаменимая книга, когда хочется почитать чего-то очень легкого и экзотичного. Она описывает привычки и нравы богатых, нет, ОЧЕНЬ БОГАТЫХ представителей китайских кланов, живущих в Малайзии и Сингапуре. А еще это история про Золушку, американку китайского происхождения, которая неожиданно для себя попала в этот мир больших денег. Она всего-то влюбилась в скромного парня-сингапурца, преподавателя в университете, впоследствии оказавшегося представителем одного из богатейших сингапурских кланов.

Еще из прекрасного — еда. Ее в книге много. Сингапурцы помешаны на еде, и когда читаешь, кажется, вокруг витают запахи азиатской кухни.

А у вас какие были книжные открытия зимой?

Читайте также на канале:

Благодарю за подписку, комментарии и 👍!