Возможно, вы и так не очень любите все эти праиндоевропейские реконструкции, которые непонятно как читать. А тут ещё это. Какая-то буква в скобочках.
Например, один из вариантов реконструкции слова бык - *(s)táwros. Как это произносить: [таврос], [таурос], [ставрос] или [стаурос]?
Я вас, наверное, разочарую, если скажу, что эти реконструкции вообще не нужно лишний раз произносить вслух? И нет, не потому что вы призовёте какого-нибудь праиндоевропейского демона, это было бы даже скорее заманчиво. А потому что это бессмысленно. Реконструкции - это только условные обозначения того, как примерно могло звучать то или иное слово. Это формулы. И они настолько же точны, насколько приблизительны. То есть, в целом, мы примерно понимаем, как должно было звучать слово, но конкретное качество звука нам вряд ли откроется. Так зачем мучиться? Впрочем, в развлекательных целях, конечно, можно и озвучивать.
Так вот, *(s) в начале реконструкций называется "s-mobile" или "s-подвижное", ставшее результатом переразложения. И мы не знаем, какой из вариантов оригинален - с ним или без него.
- Переразложение - это смещение границ морфем в слове
из-за того, что кто-то плохо учил в школе правила деления на корни, суффиксы и окончания, ну или вообще не учил, если говорить обо всех веках до двадцатого.
Например, слово "вожатый", которое сейчас состоит из корня "вож", суффикса "ат" и окончания "ый" когда-то выгладело как "вожатай" и состояло из корня "вож" и суффикса "атай" (как в слове "глашатай").
Слово "зонтик", которое мы мыслим как сочетание корня "зонт" и уменьшительного суффикса "ик" - это переосмысление голландского слова "зондек" ("zonnedeck", то есть "солнечная крыша"). Исконно мы должны были бы считать всё слово целиком корнем, либо делить его на два корня - "зон" и "дек" ("тик").
Иногда морфемы скачут даже не внутри одного слова, а между словами, например, древнерусское "сън имъ" превратилось в современное "с ним". Такого же типа изменение произошло в английском, где неопределённый артикль "an" в сочетании со словом "ekename" ("прозвище, дополнительное имя") отдал второй звук в пользу бедных (то есть в пользу не читающего и не пишущего большинства, для которых "an ekename" стало звучать как "a nickname", и так и осталось до сих пор, и мы говорим "никнейм" или даже "ник").
Вот эта-то штука и происходила, судя по всему, в праиндоевропейском. Так получилось, что звук *s в те времена находился на конце многих словообразовательных суффиксов. И из-за того, что не читало и не писало тогда не то что большинство, а вообще никто - намного чаще могла происходить ситуация, где в каком-то частотном сочетании этот *s из суффикса предыдущего слова в умах прилеплялся к началу корня следующего. Или наоборот, начальный *s какого-нибудь корня начинал казаться концом суффикса предыдущего слова.
Например, в праиндоевропейском словосочетании *wĺ̥kʷoms spéḱyont ("волков увидели") народ мог слышать *wĺ̥kʷoms péḱyont, и тогда начальный звук *s второго слова мог исчезнуть - в одном диалекте или во всех. В данном случае этого не произошло, поэтому переходим к тем, где, видимо, всё-таки произошло.
Вот, например, слово "короткий". Славянам достался вариант без *(s). Римлянам тоже - "сurtus". А у германцев - ты гляди-ка - точно такой же во всём остальном корень (и по фонетике, и по смыслу) - но в начале стоит *s:
- англ. "short" ("короткий, недостаточный")
- норв. "skort" ("недостаток")
- нем. "Schürze" ("передник")
...и в итоге в прагерманском безапелляционно восстанавливается форма *skurtaz.
То есть из праславянского и латыни мы можем восстановить праиндоевропейский вариант *kr̥tós. А прагерманский заставляет пересмотреть его на *skr̥tós. Чтобы их примирить, приходится писать *(s)kr̥tós. А если копать дальше до голого корня, то мы придём к такому же компромиссному *(s)ker- с семантикой "резать, урезать, отрезать".
Было бы соблазнительно сказать, что это прагерманцы что-то там придумали, а у всех нормальных людей начального *(s) отродясь не было. Но нет.
От того же *(s)ker- в нашем родном русском образованы как минимум два слова: "кора" и "шкура". Семантика у обоих - "то, что можно срезать", а их одновременное наличие и доказанная исконность говорят о том, что они параллельно развивались из праиндоевропейского, а значит уже в праиндоевропейском были оба варианта - и с *(s), и без.
Вернёмся к тому, с чего мы начали наш разговор - к слову *(s)táwros. Из него получились: наш "тур", латинский "taurus", английский "steer", албанский "taroç".
Может показаться, что германцы тяготеют к *(s) больше других, но это не так. Вот, например, корень *(s)teg- ("накрывать") сохранил её именно у нас ("стог") и у греков (στέγω [stégō] - "накрываю"). Латинское "tegō" ("накрываю"), откуда "тога", и уже упомянутое голландское "deck" ("крыша") её не сохранили.
[Список праиндоевропейских корней с s-подвижным]
