Как известно, Германия потерпела поражение в Первой мировой войне. Более пятидесяти лет объединения территорий, строительства империи, трудов «Железного канцлера» и результаты ряда сражений второй половины XIX века оказались утрачены. Германская империя перестала существовать, и её заменило федеральное правительство Веймарской республики, которое после череды революционных потрясений лишилось всех колоний и примерно десятой части территории, отошедшей шести разным государствам. В течение десятилетия после подписания мирного соглашения войска Антанты продолжали находиться в Рейнской области, формально принадлежащей Германии. Существовало множество строгих ограничений для вооружённых сил. Экономика, измученная войной и революционными событиями, дополнительно обременялась огромными репарациями.
Тем не менее, Германия всё ещё оставалась самой крупной страной в континентальной Европе после Советского Союза. Её население было многочисленным, высокого уровня квалификации и трудоспособности. Система образования в Германии признавалась лучшей в мире, и хотя сейчас международным языком науки является английский, в то время эту роль выполнял немецкий. Версальский договор рассматривался как несправедливый и неразумный даже среди бывших противников Германии. Его часто называли «цепями», и для любого немца, обладающего патриотизмом или здравым смыслом, было очевидно, что эта ситуация не может продолжаться долго. Несмотря на недавнее военное поражение, Германия должна была снова обрести статус великой державы, который, как известно со времён Рима, формируется за счёт армии и флота.
Когда речь заходит о флоте, особое внимание уделяется линкорам — гению человеческого разума, объединённому с индустриальной мощью, с бронёй, не поддающейся пробитию и мощью орудий. Быть в «клубе линкоров» было мечтой многих стран, но неосуществимой для большинства, что, как подмечали с долей иронии, было выгодно для их экономик. Поэтому, когда НСДАП пришла к власти, и «версальские цепи» стали ослабевать под одобрительные возгласы в Германии и сдержанное согласие за границей, идеи постройки немецких линкоров перешли в практическую реализацию. 18 марта 1935 года Германия официально аннулировала Версальский договор.
Первые линкоры, «Шарнхорст» и «Гнейзенау», были заложены в начале лета 1935 года. Их водоизмещение было умеренным для линкоров того времени, а вооружение несколько слабым, однако они всё равно были линкорами. Некоторые эксперты называли их линейными крейсерами. Вскоре после их закладки было заключено Англо-германское морское соглашение, которое пересмотрело ограничения на рост немецкого флота. Теперь тоннаж немецкого флота, за исключением подводных лодок, не должен был превысить 35% от британского флота в каждом классе кораблей. В контексте предыдущих ограничений это означало, что Германия может строить флот максимально возможными темпами, так как превысить нормы договора было невозможно по чисто экономическим причинам.
Спустя год, 1 июля 1936 года, на верфи Blohm & Voss в Гамбурге был заложен один из крупнейших в мире линкоров под именем «Бисмарк», в честь «Железного канцлера», объединившего Германию. Через четыре месяца на верфи в Киле положили киль его сестринского корабля «Тирпиц».
Характеристики линкора впечатляли. Он обладал мощной броней, полное водоизмещение составляло 50 900 тонн, четыре двухорудийные башни с 380-миллиметровыми пушками главного калибра, скорость составляла тридцать узлов, длина достигала 251 метра, три паровые турбины с суммарной мощностью 150 тысяч лошадиных сил и экипаж численностью 2200 человек. На момент своего выхода на воду это был самый мощный линкор в мире, хотя позже его превзошли японские линкоры «Ямато» и американские «Айова».
В феврале 1939 года линкор был спущен на воду. Церемония прошла торжественно с участием Гитлера, а Доротея фон Бисмарк, внучка известного канцлера, разбила о борт традиционную бутылку шампанского. В конце августа 1940 года корабль вошел в состав флота, и его командиром стал капитан первого ранга Эрнст Линдеманн. К весне 1941 года «Бисмарк» был готов к боевым действиям.
Следует отметить, что немецкий флот, несмотря на наличие двух мощных линкоров, не мог тягаться с британским в открытом бою, так как у англичан было пятнадцать линкоров и линейных крейсеров. Гросс-адмирал Эрих Редер, руководивший ВМФ Германии, прекрасно это осознавал и не уставал напоминать Гитлеру о важности флота в целом и слабости немецкого флота в частности. В условиях начала полномасштабной войны с Британией, которую Гитлер никак не ожидал, рейдерская тактика оставалась главным подходом для немецкого флота, доказавшим свою эффективность в предыдущей войне. Основная цель флота состояла не в завоевании господства на море, что было невозможно при сложившихся силах, а в нарушении морского снабжения, жизненно важного для Британских островов. Первый боевой выход «Бисмарка» планировался именно как рейдерская операция: выход в Атлантику с целью атаковать конвои, стараясь избегать встреч с крупными вражескими военными судами.
Поскольку встреча с врагом была вполне возможна, изначально предполагалось отправить несколько кораблей вместе. Идеально было бы, если бы к «Бисмарку» присоединились все крупные корабли Германии, такие как «Шарнхорст», «Гнейзенау» и «Тирпиц». Однако «Тирпиц» всё ещё проходил испытания и не был готов к бою. «Гнейзенау» получил серьёзные повреждения от британских авианалётов, и его ремонт занял много времени. «Шарнхорст» тоже ремонтировался в сухом доке из-за износа оборудования, а союзные конвои уже не ждали. После ряда задержек дата выхода в море была определена. Операция, названная «Рейнбунг», началась.
18 мая 1941 года, под началу адмирала Гюнтера Лютьенса, «Бисмарк» вместе с тяжёлым крейсером «Принц Ойген» покинул Готенхафен (ныне Гдыня, Польша). На следующий день у острова Рюген к ним присоединились эсминцы Z-23, Z-10 и Z-16.
Расположение Германии на карте Северной Атлантики делает её положение для океанских рейдов невыгодным. Прямой путь пролегает через Ла-Манш, узкий пролив, также известный как Английский канал. Прохождение крупных судов через него неизбежно привлечёт внимание Королевского флота. Ситуация в Бискайском заливе была немного лучше, там немецкий флот обосновался после капитуляции Франции. Но до залива тоже нужно было добраться. Маршрут «Бисмарка» пролёг вдоль берегов Норвегии, затем на север, вокруг Исландии. Пройдя Датским проливом между Исландией и Гренландией, вне досягаемости союзной авиации, суда направлялись в Северную Атлантику с целью перехвата снабженческих линий. Планировалось закончить путь во Франции, в Бискайском заливе, где в порту Брест уже находились «Шарнхорст» и «Гнейзенау». Следующий выход был задуман совместным.
20 мая эскадра прошла через Каттегат, но в час дня была замечена шведским крейсером «Готланд». Информация была передана в Стокгольм, откуда её получил британский атташе, и к девяти часам вечера известие о немецкой эскадре было в Лондоне. Передача с крейсера была перехвачена на «Бисмарке», и Лютьенс уведомил командование об этом радиограммой. По воспоминаниям, адмирал Лютьенс был опытным моряком, но имел несколько устаревшие взгляды и недооценивал значение радиомолчания.
На выходе из пролива, в районе Кристиансена, корабли были замечены норвежским партизаном Виго Аксельсеном, сообщившим об этом англичанам. Тайна выхода эскадры была окончательно раскрыта. 21 мая британский самолёт заснял тяжёлые корабли на якоре в порту Берген, что позволило идентифицировать противника. Крейсера «Норфолк» и «Суффолк» направились в патруль в Датский пролив, а линейному крейсеру «Худ», линкору «Принц оф Уэльс» и шести эсминцам был дан приказ отправиться к Исландии.
В тот вечер немецкая эскадра покинула Берген, оставив суда снабжения. «Принц Ойген» дозаправился от танкера «Воллин», однако «Бисмарк» по неизвестным причинам отказался от дозаправки. Этот отказ также считается одной из ошибок адмирала Лютьенса. Эсминцы покинули эскадру рано утром 22 мая.
Ранним утром 24 мая флотилия вошла в воды Датского пролива. В 5:25 акустики на «Принце Ойгене» заметили звук винтов. В 5:37 был установлен визуальный контакт с кораблями союзников, которых сперва спутали с крейсерами. В 5:52 английский линейный крейсер «Худ» произвёл первый выстрел по немецкому крейсеру. В компании с ним находился линкор «Принц оф Уэльс», недавно присоединившийся к флоту и по некоторым данным ещё не закончивший все испытания. Он начал стрелять по линкору. После обмена залпами «Бисмарк» получил пробоину в носовой части, начались утечки топлива и поступление воды. «Худ» подвергся попаданию в районе грот-мачты, и на нём разгорелся сильный пожар. В 6:00, спустя восемь минут от начала боя, британские корабли начали манёвр для ввода в сражение кормовых башен. В этот момент «Бисмарк» своим пятым выстрелом добился ещё одного попадания в «Худ»: точные причины события неизвестны, но, вероятно, произошла детонация боезапаса. Крейсер разломился надвое от мощного взрыва, и через три минуты его обломки исчезли под водой. Весь экипаж, за исключением трёх уцелевших, погиб.
Оставшийся один «Принц оф Уэльс», получивший семь попаданий, покинул сражение, укрываясь дымовой завесой. Адмирал Лютьенс решил не продолжать преследование.
Это решение можно трактовать по-разному. С одной стороны, у немецкой группировки были неплохие шансы уничтожить ещё один британский линкор, что стало бы значительной победой. С другой стороны, оставаться в Датском проливе означало увеличить риск обнаружения другими британскими кораблями, что было слишком опасно на повреждённом корабле, да ещё и вдали от своих баз. «Бисмарк» получил три попадания, его скорость снизилась до двадцати восьми узлов, часть топлива была утрачена, нос корабля зарывался в воду. Оценив обстановку, адмирал решил проложить курс к порту Сент-Назер по кратчайшему маршруту.
Крейсера «Норфолк» и «Суффолк» начали преследование. За ними последовал «Принц Уэльский». В то же время с запада двинулись главные силы британского флота под руководством адмирала Джона Тови, включая линкор «Кинг Георг V», линейный крейсер «Рипалс», авианосец «Викториес», эскадру лёгких крейсеров и девять эсминцев. Из Гибралтара на встречу вышли линейный крейсер «Ринаун», авианосец «Арк Ройял» и крейсер «Шеффилд». Всего британское адмиралтейство задействовало восемь линкоров и линейных крейсеров, два авианосца, пятнадцать крейсеров и двадцать два эсминца.
С семи часов вечера 24 мая до часу ночи корабли неоднократно обменивались залпами, но безуспешно. В это время Лютьенс приказал «Принцу Ойгену» выйти из строя и продолжать путь самостоятельно. Линкор остался один.
В 23:27 торпедоносцы «Суордфиш» с авианосца «Викториес» атаковали линкор и добились одного попадания торпеды, не принесшего значительных повреждений. В три часа десять минут 25 мая «Бисмарк» изменил курс, и преследователи потеряли контакт, чему способствовала ухудшившаяся погода. Но в семь и девять часов утра Лютьенс дал две радиограммы, что позволило англичанам уточнить местонахождение линкора. Однако контакт с кораблём был восстановлен только в 10:30 26 мая, после обнаружения линкора морским разведчиком «Каталина». Более суток линкор двигался в сторону Франции с переменной скоростью, пытаясь на ходу исправить повреждения. В момент обнаружения «Каталиной» до Сент-Назера оставалось семьсот миль и примерно 35 часов хода.
Только в 20:47 «Суордфиши» с авианосца «Арк Ройял» снова атаковали линкор. Из всех сброшенных торпед попала одна, но именно она заклинила рули. Линкор потерял управление. Попытки исправить повреждение, предпринимавшиеся первую половину ночи, успехом не увенчались. Адмирал Лютьенс отправил последнюю радиограмму: линкор неуправляем, мы будем сражаться до конца. В 21:15 штаб кригсмарине подписал приказ: «Подводным лодкам, сохранившим запас торпед, немедленно, на максимальной скорости следовать к «Бисмарку» в сетку квадрата БЕ-29».
Тяжёлые корабли союзников сходились для последнего боя. Ближе к утру английские эсминцы неоднократно пытались атаковать повреждённый линкор, но не добились успеха.
В 8:47 утра 27 мая линкоры открыли огонь. В 10:39, исчерпав все возможности к сопротивлению, команда открыла кингстоны. «Бисмарк» затонул, не спустив флага. Английские корабли подняли из воды 116 человек. Ни Лютьенса, ни Линдеманна среди них не было.
Как обычно и бывает, в рейде «Бисмарка» можно проследить ряд совпадений, случайностей, ошибок и везения с обеих сторон, складывающихся в закономерный итог. Так, вечером 26 мая первая волна торпедоносцев «Арк Ройяла» атаковала не «Бисмарк», а британский крейсер «Шеффилд». Но «Шеффилд» сумел увернуться от одиннадцати торпед. Несколькими часами раньше «Арк Ройял» и «Ринаун» прошли перед носом у субмарины U-556, которая находилась в идеальной позиции для торпедной атаки – но, к отчаянию её командира, без торпед, потраченных ранее.
Столь печальный конец первого же боевого выхода крупнейшего линкора произвёл на Гитлера самое гнетущее впечатление. Это была уже вторая крупная потеря немецкого флота, первой был «Адмирал граф Шпее», представитель крайне своеобразного класса «карманных линкоров», блокированный в порту Монтевидео в декабре 1939 года и уничтоженный командой: но всё же масштаб потерь был несопоставим. Операции надводных кораблей были надолго свёрнуты, фактически они продолжились только на Севере, где им тоже не слишком сопутствовала удача. Боязнь фюрера потерять дорогую игрушку стала превалировать над здравым смыслом. Впоследствии эта боязнь привела к известному приказу об отказе от использования крупных боевых кораблей.
В 2002 году вышел документальный фильм Джеймса Камерона «Экспедиция «Бисмарк». Для его съёмок использовались подводные аппараты «Мир», базировавшиеся на борту НИС «Академик Мстислав Келдыш».
Официальная группа сайта Альтернативная История ВКонтакте
Телеграмм канал Альтернативная История
Читайте также:
👉 Подписывайтесь на канал Альтернативная история ! Каждый день — много интересного из истории реальной и той которой не было! 😉