“А вы знаете, что забыли здесь свой чемодан тридцать лет назад?” — эта фраза от Шарля Рица в 1956 году застала Эрнеста Хемингуэя врасплох. Они сидели на завтраке, с ними вместе был друг и биограф писателя — Эдвард Хотчнер. Владелец парижского отеля «Риц» отнюдь не шутил. В подвале гостиницы действительно обнаружился сундучок Louis Vuitton с записями писателя, оставленный там ещё в 1928 году, в конце его парижской жизни.
Чемодан был доставлен в номер, где писатель находился с женой Мэри. При первом осмотре содержимого обнаружились тетради, наброски, даже старые счета из кафе на Монпарнасе — Хемингуэй будто перенёсся в золотую эпоху своих двадцатых. Париж, молодой писатель, бурлящая жизнь Латинского квартала…
- Это очередной рассказ из серии очерков о жизни известных писателей и истории создания их книг. Напишите в комментариях, о ком из известных писателей мне написать в следующий раз?
Нахлынувшие воспоминания
То было время, когда он только начинал свой путь в литературе, искал свой голос. То был Париж из романов писателей «потерянного поколения»: место, где «молодость проживалась без сожалений», а каждое утро начиналось в кафе на углу с чашкой кофе и газетой.
Молодой Эрнест писал свои первые рассказы и репортажи для канадской газеты Toronto Star, встречался с такими мастерами, как Джеймс Джойс, Гертруда Стайн, Фрэнсис Скотт Фицджеральд, Эзра Паунд, Пабло Пикассо. В те годы Париж был магнитом для творческих людей.
Строки, написанные тридцать лет назад, возвращали запах кофе с сигаретным дымом, звуки разговоров в кафе «Де Мэго», топот каблуков по мокрым мостовым Парижа.
Он наткнулся на одну из заметок: список из нескольких фамилий и короткие комментарии к ним. «Джойс — гигант» было написано рядом с именем Джеймса Джойса.
Ещё дальше, под заголовком «Скотт и Зельда», лежали наброски о жизни Фицджеральда. Фразы с иронией и лёгкой печалью: «Скотт считал, что всегда должен пить, чтобы быть остроумным. Но остроумие тонуло в бутылке». Как давно всё это было, и как ярко сейчас вставало перед глазами.
Однако к 1950-м почти все друзья из этого круга ушли из жизни или превратились в тени самих себя.
Что не так в 1956 году?
Фицджеральд умер ещё в 1940 году, страдая от алкоголизма и душевного надлома. Гертруда Стайн скончалась в 1946 году. Джойс, которого он когда-то боготворил, умер ещё в 1941-м. Эзра Паунд запятнал себя фашизмом.
Конец 1950-х был сложным периодом в жизни самого Хемингуэя. Периодом переоценки своей жизни и глубокой депрессии. Он был человеком, у которого уже «всё было», как в том анекдоте про джина.
После прекрасной жизни молодого и уже известного писателя, он побывал на гражданской войне в Испании, наблюдая все ужасы, творившиеся армией Франко. Затем он, будучи журналистом, командовал отрядом французских партизан, сражаясь с немцами, за что его судили, так как женевская конвенция запрещала журналистам участвовать в военных действиях.
К 1956-му году он уже написал «По ком звонит колокол», уже написал «Старик и море». Уже получил Пулитцеровскую премию, а следом — и Нобелевскую.
При этом он уже давно не ощущал себя частью литературной элиты, к которой стремился в 20-х. Пресса и общественность всё чаще критиковали его за излишний пафос в последних романах, а его здоровье продолжало ухудшаться.
Его отношения с американским правительством также оказались сложными: в эпоху маккартизма писателя подозревали в лояльности к левым взглядам, что вызывало напряжение. Хемингуэй, в своё время гордившийся своей американской идентичностью, чувствовал себя чужим в собственной стране.
Вероятно, эти внезапно найденные записки — лучшее, что могло случиться с писателем в тот момент. Он решил написать книгу
Парижский праздник: воспоминания, которые с тобой
Книга стала для него оазисом, в котором можно было забыться.
Париж Хемингуэя оживает в этой книге: уютные кафе Монпарнаса, шумные студии художников, интеллектуальные беседы. Читая её, невозможно не почувствовать желание самому оказаться в этом городе, прожить свою молодость столь ярко и запомнить её на всю жизнь.
Книга, с названием которой он не мог определиться («Праздник, который всегда с тобой» — лишь одно из возможных, его в итоге выбрала жена Хемингуэя) стала для него не просто воспоминанием о прошлом, но и своеобразным завещанием. Она отражала не только его жизнь в Париже, но и его отношение к творчеству, дружбе, любви, жизни и утратам.
В те два десятка глав, а по сути — в два десятка рассказов, он вложил не только свою ностальгию, но и своё признание: «Праздник, который всегда с тобой» — это напоминание о том, что счастье не исчезает бесследно, оно остаётся в нас, готовое вспыхнуть снова, стоит лишь позволить памяти ожить. Книга стала не только возвращением к прошлому, но и попыткой сохранить Париж в сердце навсегда, даже когда его самого уже не будет.
И хотя многие герои этой книги ушли, а сам праздник закончился, благодаря Хемингуэю он длится вечно. Каждый из нас способен прикоснуться к нему, ощутив приступ «анемойи» — чувства ностальгии по эпохе, в которой ты никогда не жил.
Его воспоминания стали мостом между эпохами, доказательством того, что праздник в душе может продолжаться, даже когда его сцена давно опустела.
Публикация
Хемингуэй не дожил до публикации книги. Его смерть в 1961 году шокировала мир, хотя для близких она не стала неожиданностью. Писатель давно боролся с депрессией и паранойей, а его собственный отец ушёл из жизни аналогичным образом.
После его смерти Мэри Хемингуэй передала черновики в издательство. В 1964 году книга была опубликована и мгновенно стала бестселлером. Для читателей она стала не только путеводителем по Парижу 20-х, но и прощальным словом одного из самых ярких писателей XX века.
---
Автор: Макс Ридд, пишу о писателях и писательстве.
❤️🔥Я горю этим каналом и вкладываю много сил в статьи.
👍↩️✅Поддержите меня репостом, лайком, подпиской!