Виктор Терехов продолжает рассказ о друзьях детства.
Домой - проходными дворами
В детстве у меня не было лучше друга, чем Серега Ежов, которого все называли просто - Ёжик. Жил он, как и я, у Никитских ворот, в соседнем доме, в такой же, как у меня, коммуналке. Фасад его дома выходил в Столовый переулок, но парадная дверь со стороны переулка на моей памяти всегда была закрыта. Почему? Загадка! И жильцы шли к себе домой через проходной двор-колодец, что на этом моем современном фото:
Таких уродливых ворот, конечно, тогда не было. Отец рассказывал, что до войны проходы во дворы украшали кованные ворота каслинского литья, но я в детстве застал уже только верхнюю часть - с вензелями под аркой. Потом и она исчезла.
Любил Высоцкого, но не любил играть в футбол
Родители Ёжика, Николай Павлович и Нина Ивановна, мне казались гораздо старше моих. Я знал, что они вместе воевали. А вот про то, что не родные родители Ежика, я узнал значительно позже: когда умерла его мать, сестра Нины Ивановны, они усыновили маленького Серёжу,
Серёга был весёлым парнем, неистощимым на разные выдумки. Что мы с ним только не вытворял в детстве! Мы оба обожали Высоцкого и переписывали друг у друга в тетрадки тексты его песен. Единственным минусом для меня было то, что Серёга не любил играть в футбол.
Исчез и внезапно появился снова
В 7-м классе его семья получила отдельную квартиру на Петрозаводской улице, и наши пути разошлись. Меня очень удивляло тогда, почему он мне не звонил и не приезжал, ведь я-то с ним связаться никак не мог. Я расстраивался, что потерял такого друга, но потихоньку привык, да и новые друзья появились.
В 1973 году затрезвонил наш квартирный звоноу. Открываю дверь – стоит Ёжик, собственной персоной. После восьмого класса он пошёл учится в техникум связи и теперь проходил практику рядышком - в здании ТАСС. Наши отношения возобновились, как будто перерыва и не было. Я стал часто ездить к нему на Петрозаводскую.
Драчунов - на Новую Землю
Помню, как мы Серёгу провожали в армию. Дело было поздней холодной осенью, мы с ним пошли провожать на автобус одного нашего приятеля. Когда возвращались домой, Серёга поскользнулся и ударился головой об асфальт, даже сознание потерял. До дома кое-как я его довёл, но на лице у него образовалась здоровенная гематома. Потом он рассказывал, что в военкомате на него косо посмотрели: «Драчун, значит!» и отправили служить в стройбат на Новую Землю.
После армии Серёга вернулся домой с хорошими деньгами. Познакомился на моём дне рождения с красавицей Ларисой, которая впоследствии стала его женой.
Потом Ёжик поступил в школу милиции и часто, когда они курсантами дежурили, приглашал меня с собой. Дежурство проходило в районе Центрального рынка. Сначала смотрели за порядком в пивбаре, периодически попивая халявного пива, потом шли в кинотеатр «Мир» смотреть кино, вечером ещё успевали на второе отделение в цирк. Неплохо было. Потом Сергей долго работал следователем в отделении милиции.
А я все прыгаю по трубам
Мы дружили семьями, но в 80-х стали видеться реже - росли дети, появились новые заботы. Потом Серёга вновь круто поменял профессию. В 90-х они с Ларисой решили заняться страховым бизнесом, открыли фирму, дела у них пошли в гору. Ёжик иногда приезжал к нам домой, рассказывал о странах, где они с Ларисой побывали. Мы в ту пору ещё никуда за границу не ездили, я работал в «Мостеплоэнерго», и Серёга мне однажды и выдал:
- Витя, нам уже по сорок лет! А ты всё по трубам прыгаешь!
Закончилось всё печально. В конце 90-х Серёга внезапно умер - в 44 года. Красавица Лариса замуж больше так и не вышла, продолжает заниматься страховым бизнесом вместе с сыном и невесткой, живёт в отличном загородном доме, который еще они с Серёгой начинали строить. Мы продолжаем общаться. На мой вопрос, почему больше не вышла замуж, отвечает:
- После Серёги - все мужики неинтересны!
Ежика уже давно нет, а я всё ещё по трубам прыгаю.