Некоторые традиции, пришедшие из глубины веков и исчезнувшие ещё до нашего появления на свет, кажутся нам странными, нелепыми, не имеющими логического объяснения. Нам просто непонятно, как они возникли и по какой причине их придерживались так долго? Мы пытаемся постичь их символику и понять, какую практическую пользу можно было извлечь из соблюдения этих традиций и ритуалов.
Но вполне логичное и даже рациональное объяснение можно найти множеству из них. Возьмём, к примеру, традицию “обручения с морем” венецианских правителей - дожей. Церемония появилась в 1000 г. н. э., проводилась ежегодно и сохранялась до самого падения Венецианской республики. Последняя церемония была совершена 09.05.1789 года
"Свадьба" с морем олицетворяла морское владычество Венеции. Опишу вкратце её порядок: до 1177 г.н. дож на своём корабле “бучинторо”, сопровождаемый целой парадной флотилией, выходил в Венецианскую бухту, где совершалось богослужение с окроплением святой водой самого дожа и его свиты. Оставшаяся часть святой воды выплёскивалась в море, “благословляя” его. Всё это совершалось вблизи Храма святого Николая - покровителя моряков.
в 1177 году в церемонию было внесено интересное дополнение, связанное с визитом папы Алессандро III. В Бокка-ди-Порто понтифик снял с руки дожа перстень и “преподнёс” его морю, придав традиции “обручения” Венеции с Адриатикой характер заключения брачного союза.
Если хотите более подробного описания церемонии, прочитайте рассказ “Дож и догаресса” Эрнста Гофмана. Возможно, он впечатлит вас также, как автора читаемого вами эссе.
Возникает логический вопрос: “Почему именно обручение, если необходимо просто продемонстрировать превосходство и владычество?”
Ответ достаточно прост. Самые понятные формы соподчинения, управления и иерархии человек наблюдает на примере института семьи и брака. Выглядит традиционная схема подобным образом: жена безоговорочно подчинена мужу, дети признают превосходство родителей, младший подчинён старшим. Вне семьи всё не так просто. Оспаривается всё: от прав на жизнь и собственность, принадлежность души к религиозной конфессии, положение на своей ступени социальной иерархии и т.д.
А в семье более чёткая и устойчивая иерархическая структура. Сразу понятно, чьё положение официально выше, чьё - подчинённое. Структура проста, понятна, естественно воспринимается сознанием. Эту же концепцию мы наблюдаем в подчинении Христианской Церкви Господу. И также в процедуре интронизации Папы Римского присутствует перстень. Перстень Рыбака, но о нём расскажу в другой раз.
Вот эта схема подчинения и была избрана, как форма демонстрации превосходства и владычества. Море должно подчиниться Венеции, представляемой дожем, как обязанная быть послушной жена, должна быть подчинена своему супругу. “Супруга” холодна и своенравна, опасна в гневе. Но она – источник благ и от неё в любом случае добиваются смирения.
Венецианцы - не первый народ, мечтающий подчинить себе грозную морскую стихию или хотя бы наладить с ней регулируемые волей человека “отношения”. Как-то на них повлиять. Издавна люди одушевляли, обожествляли и персонифицировали силы природы. Приносили им жертвы, чтобы “умилостивить” или задобрить. И даже прибегали к наказаниям - чтобы укротить или отомстить.
Помните, как море “высекли” цепями по повелению царя Ксеркса? Сейчас это кажется смешным, но с позиции современников Ксеркса мера выглядела вполне адекватно в отношении “провинившихся” вод. Также, с точки зрения средневековья, логично было организовать “свадьбу” Венеции с морем, чтобы выяснить без лишних слов, “кто на Адриатике главный”.
Источником благополучия венецианцев всегда было море и морские торговые пути. Для них оно было вопросом жизни, пропитания и достатка. Чтобы обеспечить себе процветание, хитрые венецианцы избрали не путь смиренного поклонения, и не путь вражды со стихией.
Они выбрали путь объединения судеб республики и моря, как супружеской четы, в которой “супруг” – Венеция получает верховенство своих прав на “законных” основаниях, а на “супругу” – море, возлагается обязательство подчиняться и соглашаться с его властью над ней, заботясь о его благополучии.
"В знак вечного владычества я, кто и есть Венеция, брачуюсь с тобой, о море". ("Тысяча дней в Венеции" Марлена де Блази).