Не знаю, тенденция это или нет. Судите сами… В 2018 году по иску Санкт-Петербургской прокуратуры городским судом был закрыт межрегиональный профсоюз “Рабочая ассоциация”. Ему инкриминировали иностранное финансирование и занятие политической деятельностью. При этом иностранное финансирование заключалось в компенсации затрат на обучение профактива, а политической деятельностью была названа поддержка акций дальнобойщиков, медиков и пр. Поскольку данное решение было явно предвзятым и откровенно вторгалось на территорию профсоюзных прав, ФНПР выступила с заявлением, в котором требовала его пересмотра. Что и было сделано Верховным судом. (Кстати, можно вспомнить ряд ситуаций, когда в случае нарушений профсоюзных прав конкурентных профсоюзов ФНПР публично выступала, тем не менее, с позиции профсоюзной солидарности. Ответной поддержки не упомню. Ну и ладно.) На тот момент ситуация воспринималась как некий выверт региональных надзорно-судебных органов.
Прошло четыре года. И на сегодня есть следующий набор событий. По обращению надзорных органов Верховный суд принимает решение о ликвидации профсоюза адвокатов. При этом претензии относятся в том числе к самому факту многолетнего существования профсоюза. Дескать, нет таких работников, как адвокаты, а значит, и профсоюза в этом секторе быть не может. Только что по требованию прокуратуры Мосгорсуд приостановил деятельность профсоюза журналистов из-за размещения на сайте недостоверной информации о спецоперации. Откровенно говоря, деятельность этого профсоюза действительно была, на мой взгляд, неэффективной - в смысле защиты трудовых прав журналистов - и политизированной. Но закрывать профсоюз из-за публикации на сайте?
Ну и, вдобавок к этим историям, уже несколько месяцев в Гагаринском суде Москвы идет рассмотрение иска Генпрокуратуры к ФНПР и огромному числу ответчиков. Поскольку материалы о сути иска и ходе процесса “Солидарность” уже публиковала (см. например здесь , здесь и здесь), то, не повторяя, отмечу крайне предвзятую, на мой взгляд, трактовку истцами и решений правительства, которым более двух десятков лет от роду, и уже состоявшихся судебных решений. Такое впечатление, что, не имея повода предъявить политические претензии, нам предъявляют экономические. (Это если не впадать в конспирологию и не считать, что экономические претензии предъявляют именно из-за политической позиции организации.)
Интересно вот что. Ужесточение позиции надзорных органов в отношении профсоюзов относится не только к России. Сейчас в Белоруссии под арестом находится более десяти руководителей Белорусского конгресса демократических профсоюзов и входящих в него отраслевых структур. Им предъявлены обвинения в экстремистской деятельности, и прокуратура на основании заявлений отдельных активистов требует ликвидировать эти профструктуры в целом. Я не сомневаюсь, что часть заявлений профсоюзно-политических активистов белорусская Фемида действительно может интерпретировать как экстремизм. Но есть разница: предъявлять претензии людям за их политическую позицию, подпадающую под нормы УК, - или ликвидировать организацию из-за личной позиции отдельных ее активистов.
Морали из этих историй выводить пока не будем. Но иметь их в виду во время своей повседневной профсоюзной деятельности необходимо.
Александр Шершуков, главный редактор газеты «Солидарность»
Еще больше новостей по социально-трудовой тематике вы найдете на сайте газеты - www.solidarnost.org