Согласно мемуарам Екатерины II, Елизавета Петровна приставила к ней почти открытую шпионку статс-даму графиню Марию Чоглокову, которая должна была следить за каждым шагом Екатерины, вести все ее дела и обо всем докладывать царице.
Судя по всему, Мария Чоглокова была довольно глупой женщиной, и Екатерина, у которой к этому моменту уже был первый фаворит Сергей Салтыков, с успехом водила шпионку царицы за нос.
Между тем Елизавета Петровна начала проявлять сильное беспокойство по поводу отсутствия детей у наследника престола. Великий князь состоял в браке с Екатериной уже 6 лет, а воз был и ныне там.
Летом 1751 года Елизавета Петровна устроила Чоглоковой разнос по поводу великой княгини. Одной из претензий царицы было то, что Екатерина часто надевает мужской костюм для верховой езды. Дескать, поэтому у супруги наследника и нет детей. На что графиня-шпионка ответила Елизавете Петровне (согласно мемуаров Екатерины II):
Для того, чтобы иметь детей, тут нет вины, что дети не могут явиться без причины и что хотя Их Императорские Высочества живут в браке с 1745 года, а между тем причины не было.
Сказано несколько иносказательно и вычурно, но все вполне понятно. Однако Елизавету Петровну этот ответ окончательно вывел из себя. Дальнейшее известно опять же со слов Екатерины II:
Тогда Ее Императорское Величество стала бранить Чоглокову и сказала, что она взыщет с нее за то, что она не старается усовестить на этот счет заинтересованные стороны; вообще, она проявила сильный гнев.
Если верить Екатерине II, то Елизавета Петровна полагала, что если "усовестить заинтересованные стороны", то дети в скором времени появятся на свет. Удивительная логика! То ли Екатерина специально сгущает краски, то ли Елизавета Петровна отличалась каким-то странным поверхностным мышлением (хотя XVIII век все-таки...).
Но дальше произошел просто анекдот! Как я уже писал, графиня Чоглокова не отличалась ни умом, ни сообразительностью. Она решила выполнить требование Елизаветы Петровны буквально. Логика была проста: если у наследника нет детей, то он просто не знает, что для этого нужно сделать. Отсюда вывод: его нужно научить!
В завершение этого исторического казуса опять дадим слово Екатерине II:
Брессан (камердинер великого князя) нашел в Ораниенбауме хорошенькую вдову одного художника, некую Грот; несколько дней ее уговаривали, насулили не знаю чего, потом сообщили ей, чего от нее хотят и на что она должна согласиться; потом Брессан должен был познакомить великого князя с этой молодой и красивой вдовушкой.
Дальнейшие подробности Екатерина II умалчивает, и, к сожалению, мы уже не узнаем, чем разрешилась эта интрига. Принял ли это странное "предложение" сам будущий 23-летний Петр III? Какова была реакция Елизаветы Петровны? Побранила ли императрица графиню за очередную глупость или, наоборот, похвалила за смекалку?
Кстати, вдова художника Георга Кристофа Гроота (а не Грота) действительно проживала в это время в Ораниенбауме. Ее супруг - известный немецкий художник-портретист, скончался накануне описываемых событий.
Что бы там ни произошло на самом деле, но через некоторое время у цесаревича Петра Федоровича и его супруги Екатерины Алексеевны действительно родился долгожданный сын - Павел Петрович.