- Фёдорова! Почему команда не выполнена? Задерживаешь класс! – рявкнул Бронетранспортерыч и, заметив Гайку, тоже не натянувшую на себя противогаз, аж побагровел от злости, - Азатян! Тебе что, особое приглашение нужно?!
Наташка Фёдорова, четвертая Наташа в нашем классе, вдруг плюхнулась на стул и, уронив голову на парту, зарыдала. Мы сорвали с голов резиновые конструкции и, не обращая внимания на преподавателя, обступили девочку:
- Наташ, ты чего? Что случилось? Не плачь!
Одна из самых тихих и незаметных девочек в классе, она от всеобщего внимания стушевалась и зарыдала еще сильнее. К ней подскочила Вика:
- Пойдем, умоешься, - она посмотрела на нас, - Ну, что встали, не цирк.
Она подхватила плачущую одноклассницу под руку, и они пошли к двери.
- Стоять! Почему без разрешения?
Вика повернулась:
- Можно выйти, Анатолий Брониславович?
- Фёдорова пусть идёт, а ты – на место!
- Но…
- Никаких «но»! Совсем разболтались!
Вика повернулась к Наташе:
- Дойдешь сама?
Та кивнула, и Вика вернулась за парту – всё-таки на прямой конфликт мы с учителями, как правило, не шли.
- Азатян! – Бронетранспортерыч вспомнил о Гайке, - Почему не выполнила команду?
Та, притворно потупив глазки, кокетливо сказала:
- Так размерчик маловат.
Мы засмеялись.
- Мол-чать!
Отставной подполковник Анатолий Брониславович, преподававший у нас НВП – начальную военную подготовку, совсем не умел обращаться с детьми. Хотя детьми мы уже не были, конец девятого класса, вполне себе юноши и девушки. За отчество, твердолобие и неумение разговаривать нормальным человеческим языком школьники дали ему меткую кличку Бронетранспортерыч.
- Азатян! Ты что, великая мыслительница? Ум выпирает, голова большая? – Бронетранспортерычу казалось, что у него выдающееся чувство юмора, - Ну, что молчишь?
Гаянэ вздернула подбородок:
- Голова нормальная! А вот волосы что, отрезать прикажете?
У Гайки, единственной среди нас, делавших химию, были родные буйные кудри, спрятать которые не представлялось возможным.
- Интересно, - вдруг произнес Лёшка, - Вот как в противогазе есть? Снимешь – сдохнешь, не снимешь – тоже, только медленнее, от голода.
Мы вопросительно уставились на Бронетранспортерыча, и тот, к великому изумлению, растерялся. Картина нам понравилась, и мы принялись забрасывать подполковника вопросами:
- А как в противогазе разговаривать?
- А как голову мыть?
- А если у меня астма? Как тогда дышать?
Тут дверь открылась и показалась голова Наташки Федоровой:
- Можно войти?
Девочка села на место, послушала наши вопросы и неожиданно для всех встала:
- Да! Я почему заплакала? Не смогла противогаз на очки надеть. А без очков я как крот слепой, один глаз минус десять, второй - минус двенадцать. Вот как быть, таким как я?
Точку поставил Алекс, добивший всех вопросом:
- А где в Якутске бомбоубежище? Куда бежать?
Спас военрука звонок. Мы ушли к кабинету математики, но всю перемену обсуждали животрепещущие вопросы, например, как надеть противогаз, если у тебя одна рука?
И уже когда прозвенел звонок на следующий урок, Коля вдруг заявил:
- Смешные мы! Главный вопрос-то не задали: случись что, где брать этот самый противогаз?
Все замолчали и потрясенно смотрели друг на друга: и правда, где?
После уроков мы шли домой и, уже прощаясь, Коля засмеялся:
- В противогазе целоваться нельзя! Ну его к чёрту, правда?
Правда😊