Вот, наверное, с того раза это и началось! Через день, в понедельник, 7 ноября, когда оно впервые на моём веку было не праздничным, а рабочим, с утра в нашей с любимым квартире недобро зазвонил телефон. Мой мужчина взял трубку, и лицо его сразу стало огорчённым, а голос - притихшим ... "Елена умерла!" - сообщил он мне. Это была уже очень пожилая и больная женщина, подруга семьи... Мой любимый звонил ей каждый вечер и разговаривал с ней о том, о сём, вплоть до зачитывания отрывков из художественных произведений; это был ритуал, - так он поддерживал одинокую женщину. Мне очень этот ритуал нравился, как и всякое проявление необычайной доброты и мужественности моего любимого...
А до этого у меня с Консерваторией вроде ничего плохого связано не было... Я отзанималась там 4 года в Школе Практики, по академическому вокалу. Правда, мне так и не поставили голос, и вообще мной занимались до обидного мало; там были свои любимчики! Но закончила я с "пятёркой" по вокалу. Правда, применить свой талант в жизни так и не получилось. Никому он здесь оказался не нужен, мой оперный голос! Даже мой дорогой любимый человек принимал меня - без него... "Лен, выключи радио!" - попросил он, когда я нечаянно запела, в дальней комнате... Потом, правда, извинялся, говорил: "ты пой! пой!"... Но первое впечатление самое сильное, и потом, я же чувствовала, что пения моего ему не надо... Но не из-за "измены" же "призванию" мстит мне Консерватория? Да и не было никакой измены: я старалась, как могла, служить ему, но не получалось просто фатально, как будто сама Судьба говорила мне: "не надо!"...
Так вот... В следующий раз мы были с приятельницей в Консерватории в марте 2006 года. И тогда, неожиданно, сверх программы, оркестр сыграл Похоронный марш Шопена, что произвело на нас с подружкой очень тягостное впечатление... Он как будто предупреждал нас о будущей трагедии... Но она ещё была не так близко тогда.
Потом мы пошли на Моцартовский вечер, 15 октября 2006 года. Мы так предвкушали его! Замечательный должен был быть вечер, с оркестром под управлением самого Федосеева! Накануне мне приснился страшный сон про моего любимого, и я была под впечатлением, и очень хотела, чтобы вся эта обещанная во сне чернота смылась светлыми струями моцартовской музыки. Пришли и сразу увидели: что-то не то! Совсем нет народа! Потом увидели объявление: концерт перенесли на несколько месяцев! (Уже не помню теперь причину). Как ёкнуло моё сердце от недоброго предчувствия! Да... Да. И сон, и предчувствие не обманули: любимый умер через день, от инфаркта... Следом (через 3 дня)умер его 2-юродный брат, которого очень хорошо знала с детства и моя подружка, а потом (ещё через 2 дня) молодая женщина, что снимала у нас с сестрой комнату (у всех - сердце...). А потом я узнала ещё, что 15-го, когда мы так неудачно "сходили" в консерваторию, умер мой 2-юродный дядя, которого звали так же, как и моего любимого...
И вот совсем не помню, на что я ходила (с подругой? не помню... но зачем бы я пошла в тот трагический год одна?..) туда в марте? В марте 2007... Через день после этого умерла наша любимая кошка, член нашей небольшой семьи... Я осталась тогда совсем одна в огромной квартире... Ей было уже 18, и у неё вдруг оказался рак нижней челюсти, - видимо, от стресса... (она очень любила хозяина).
Я уже зареклась ходить в эту Консерваторию! (Да и не было ни повода, ни желания...).
Пошла я туда только в феврале 2013 , когда неожиданно возобновила знакомство со старинной приятельницей, и она, памятуя о моём голосе, устроила мне через кого-то контрамарку в консерваторию, на Вечер классического романса. Ну никак я уже ничего плохого не ожидала! Но через день с утра на работу позвонила грустная сестра: "Лен, я в больнице... Ребёнок родился мёртвым... Девочка..."...
С тех пор - даже мимо проходить опасаюсь!
Да и началась, может, вся эта "чертовщина" ещё тогда, когда мы прошли там с папой - в последний раз! Почему-то совершенно не помню, откуда мы шли - с "Баррикадной", с "Арбатской", или с Тверского бульвара?.. Но на улицу Герцена мы вышли уже в конце этой нашей последней прогулки. 07 февраля 1987 года, в солнечный, совершенно весенний, день! Но мы в Консерваторию заходить и не думали, и шли по другой стороне! А через неделю, в следующую субботу, чужой равнодушный голос сказал мне по телефону, что моего папы больше нет... (Инсульт, в 45 лет).
Хотя, с папой, наверное, я притягиваю...