Андрей Горчаков с нарастающим ужасом понимал, что, даже получи он сейчас точный адрес лаборатории, в одиночку пойти штурмовать не пойми какую точку на карте Москвы будет равносильно отказу от малейшего шанса вернуть дочь. Андрей инстинктивно покосился на Бабусю, а та с готовностью пристроила ему на колени чуть обалдевшую от обилия гостей собачью морду, не стесняясь пускать слюни на треники и поигрывая кустистыми бровями, перебегая взглядом от хозяина к собеседниками и обратно.
Рассказ "Весенняя жатва" (17)... (назад к 16)
— Где она сейчас? — Горчаков и сам поразился тому, как глухо и безнадёжно это прозвучало, и приказал себе собраться. — Есть ли хоть какой-то способ вытащить её оттуда? Как ты сбежала? Рассказывай всё.
— Я не сбежала, — не-Аня осторожно избавилась от захвата, — а переместилась. В другое тело, — она будто терпеливо растолковывала глупому мальчику элементарнейшие вещи, — потому что один дядя отвлёкся, когда менял раствор. Нет, сперва он забыл правила и плохо проверил костюм, а потом уронил пакет и испугался, что его накажут. Кажется, он очень боялся потерять хорошую работу и захотел поскорее всё исправить, а второй дядя не успел поднять пакет. Перчатка не лопнула, как он думал, а немножко вылезла из рукава, вот и всё. Он мне помог, — не-Аня хихикнула от удовольствия, — а они не сразу догадались, что я сбежала.
— Ты можешь залезть в кого угодно? Например, в меня?
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
— Нет, — она насмешливо растянула улыбку, — ты не подходишь. Ты же дядя.
— А тот, который раззява с перчаткой, он был кто? Не дядя?
— Нет, не так, — не-Аня глубокомысленно задрала указательный палец, — но зато он стал слушаться меня и в другой раз принёс живую мышку. Она мне подошла, но я заставила дядю быстро вернуть мышку на место. Они там все помечены, так что я сразу выбрала другое тело, которое было сверху.
— Сверху чего?
— Сверху этого места. А потом ещё и ещё… Пряталась, чтобы не нашли.
— А чего тогда ты не заставишь меня делать то, что тебе надо? Как видишь, суперкостюма на мне нет, только штаны и майка. Даже перчаток нет, — Горчаков издевательски затряс кистями.
— Это не сработает так, как надо, — она растерянно почесала лоб, — потому что я не знаю, что делать. Мне нужна твоя помощь.
— Ну прямо заявка на победу! Я спасаю Аню, а ты кого?
— А я себя.
— Что, сейчас не так вольготно дышится?
— Нет, дышится мне хорошо.
Она серьёзно и не мигая смотрела на Горчакова, а тот с возмущением повернулся к Нине, хладнокровно нарезающей вялую морковь.
— Чего ей надо, а? Ты хоть понимаешь?
— Отчасти, — Нина продолжала методично стучать ножом по доске, — но это не главное.
— И что же главное? Вы дадите мне адресок, а я пойду и всех там порву? Такой план? Так вот, дамы, вы ошиблись исполнителем. Одного участкового тут явно недостаточно.
— А ты не один, — Нина стряхнула с доски получившиеся невыразительные бруски и обратилась к девочке, уже принявшей знакомый облик белокурой шестилетки, — у нас есть она.
Девчонка подмигнула и стала вытягиваться, раздаваясь в плечах и груди, и через перу секунд на Горчакова ехидно и свысока взирала Ритка.
— Чего уставился? Я за дверь, а ты уже бабу новую в дом тащить? А ты предсказуем, Горчаков. Надо было слушать маму, она всегда говорила, что ты не вариант.
Андрей обронил челюсть и с опаской коснулся её приятной и душистой кожи.
— Ты даже говоришь, как она! Как это получается?
Ритка рывком скукожилась обратно до девочки.
— Легко, — сообщила не-Аня и потянулась через стол, чтобы коснуться нарезанных овощей, а жалкая кучка преобразилась в натюрморт, достойный как минимум фотографирования.
— Спасибо, родная, это очень кстати, — Нина вдруг осветилась изнутри и мимоходом коснулась плеча девочки, — сейчас мы спокойно поужинаем и ляжем спать, а завтра наш доблестный участковый проснётся и подумает, как быть.
— А что с адресом?
— Ты его для нас выяснишь.