Москва, 1584 год. В Кремле окончил свои дни царь Иван IV, прозванный Грозным.
Умирал он в мучениях, физических и психических, терзаемый разнообразными болезнями, так что, по словам ведущего отечественного специалиста по этому периоду, профессора Владимира Кобрина, выглядел 53-летний царь глубоким стариком.
На картине Михаила Петровича Клодта к Ивану Грозному пришли призраки убитых, замученных, уничтоженных им людей. Фигура в рясе с длинной бородой - митрополит Филипп, задушенный Малютой Скуратовым. Он стоит в окружении женщин и детей Новгорода, которых он, обличая тирана, пытался спасти от него и его опричных зверей, но не смог. Впереди всех показывает пальцем на Ивана его двоюродный брат князь Владимир Старицкий, родной внук Ивана III. Талантливый полководец, герой взятия Казани и Ливонской войны, был отравлен, его мать, жена и дети, кроме двоих, тоже приняли мученическую смерть.
То, что оставлял после себя Иван Грозный, современники называли "порухой". Разрухой, по-нашему. Поруха - это исторический термин, которым и поныне историки описывают то, что оставил после себя этот царь.
Весь центр и север страны обезлюдели, крестьяне бежали в донские степи и на Урал. Тот же профессор Кобрин, анализируя писцовые книги того времени, приводит цитаты из них: пашня "кустарем поросла", "лесом-рощей поросла" и даже "лесом поросла в бревно, в кол и в жердь", то есть где было поле, уже строевой лес вырос. В Московском уезде обрабатывалось около 15% пашни, Новгородская и Псковская земля превратилась в пустыню, леса кишели разбойниками. Для новгородчины последствия правления Ивана IV сравнимы с последствиями нацистской оккупации ХХ века, а где-то и превосходят их: из всего населения богатейшей некогда земли осталась в живых четверть, 90% деревень в некоторых пятинах (Новгородская земля делилась на пять пятин) остались вообще без жителей, в оставшихся свирепствовал голод и эпидемии. Цитаты из книг "розысков", то есть расследований причин запустения, относящиеся к окрестностям Новгорода: "...опритчиные на правежи замучили, дети з голоду примерли", "опритчина живот пограбели, а скотину засекли, а сам yмep, дети безвесно збежали", "опричиныи замучили, живот пограбели, дом сожгли". Дворянин из подмосковной Рузы в духовной (по-нашему, в завещании) писал, что его земли "опришницы розвозили, и та земля стояла в пусте лет з двацеть".
То, что было к югу от Москвы, было разорено ещё и набегами крымского хана: опричное войско, поднаторевшее в избиении беззащитных и убийствах детей, при приближении серьёзного противника просто разбегалось.
Голод - естественный спутник такой политики. И так малочисленные крестьяне, замученные поборами и постоянными мобилизациями по обозной повинности, не могли нормально обрабатывать землю. Налоги возросли, цены на хлеб выросли в четыре раза, но Иван так и не начал продавать хлеб из своих личных сёл, где он лежал даже необмолоченный в скирдах. Надо сказать, что во время голода 1601-1603 годов тогдашний царь Борис Годунов поступил по-другому и хлеб из царских амбаров раздавал. И деньги тоже. Это его, правда, не спасло, но тут уже другая история.
"Царь учиниша опричнину... И от того бысть запустение велие Руской земли". Лучше псковского летописца и не скажешь. Симпатичный герой фильма Гайдая в исполнении Юрия Яковлева, предмет поклонения тех, кому нравится "сильная рука" и массовые расстрелы - Иван IV не имел ничего общего с этими представлениями. Как автомобиль УАЗ-469 нравится только тем, кто на нём никогда не ездил, так и Иван Грозный нравится только тем, кто при нём никогда не жил.
Конечно, долгосрочные последствия не могли не сказаться. После проигранной Русским Царством Ливонской войны достигла века своего высшего могущества Речь Посполитая, чьи восточные границы доходили до современного Донецка. Скоро польские войска войдут в Москву. Страна на десятилетия погружалась во времена, которые назовут Смутой - и на столетия в крепостничество.
Горькая ирония в том, что в это время в Москве появится просвещённый царь, который за столетие до Петра будет иметь достаточно таланта, чтобы провести реформы. Но судьба его будет трагической, Смута пожрёт его вместе с многими. И о нём будет наш следующий рассказ.