Герой повести В.К. Арсеньева «Дерсу Узала», таёжник-гольд, говорил о горожанах-членах экспедиции, которую вёл по тайге: «Глаза есть, смотри – нету!» – имея в виду неумение замечать очевидное. Наверно, так же выглядят раздумья современного историка по поводу охоты на мамонта: горожанин представляет, что вот он подкрался к этому огромному животному, и что дальше? Сначала жёсткий волос и очень густой подшерсток, потом кожа сантиметров 5, потом жир – ещё сантиметров 10, а дальше мускулы, кости – да как же его добывать? Нет, не могли предки охотиться, в лучшем случае иногда добивали животное, оказавшееся в безвыходном положении – попал в расселину, провалился под лёд, повредил ногу…
Но охота на крупных животных примитивными средствами существует и в наши дни. Историк, этнограф Леонид Круглов в журнале «Вокруг света» рассказывает, как оказался среди пигмеев экваториальной Африки, в Уганде.
Леонид опоздал: всё племя, несколько десятков человек, сидели и лежали вокруг костров и были заняты очень важным делом: они ели. Съесть нужно было как можно больше – пигмеи не коптят, не вялят мясо. Хранить его негде и невозможно, поэтому пигмеи наедаются впрок, тем более что на пир-объедаловку приглашены соседи и вот-вот подойдут.
А дальше начались ритуальные танцы, вернее, представление. Учёный так описывает увиденное: «Охотники подкрадываются, но человек в образе слона-жертвы завопил, затопал ногами и попытался убежать. Вождь бьёт копьём в сухожилие под коленом слона. Действие вождя повторили и четверо других охотников. Они ловко уворачивались от мечущегося в агонии слона. Завершающий удар в живот нанес вождь Бонобо. В этот момент человек-слон движениями показал, что у него вывалились внутренности, но он продолжил бежать, будто бы давя их ногами».
После охоты и пира такое ритуальное действие обязательно, без него не будет победы в следующей охоте.
Да, охота на слона трудна, порой кровава, очень нечаста, но не представляет для пигмеев ничего невозможного – очевидно, точно так же проходила охота на мамонта.