Смешной вопрос? А между тем его постоянно задают читатели. Кто - недоумённо, а кто и возмущённо:
- Почему мы должны мучиться и мучить детей, разбираясь в душевных метаниях бездельников из позапрошлого века?
- Почему надо считать образцом человеческой породы того, кого современники терпеть не могли?!
- А этого бездаря в школе проходят только потому, что он был против законной власти!
- Да у нас в восемнадцатом веке вообще писать не умели! Но надо же кого-то в школе проходить? Вот и вытащили нескольких косноязычных...
- С тех пор столько всего написали актуального! Насколько же детям было бы проще и интереснее писать сочинения по Гарри Поттеру...
И можно ли разделить литературу как способ увлечь-заинтересовать - и литературу как науку? Если в школе необходимо и то, и другое?
Думаю, выход есть.
Систематическое изучение русской классики, со всеми её "бездельниками и бездарями", начинается не ранее восьмого класса (а по-настоящему - с девятого). А чем, собственно, заняты школьники на уроках чтения в начале большого пути? Чем на "внеклассном чтении" или "родной литературе" в средних классах?
Из года в год повторяется один и тот же набор обязательных авторов (Пушкин-Лермонтов-Некрасов). Чуток биографических сведений - и по паре стихотворений от каждого. А вся остальная программа такова, что и программой считать невозможно: хаос, в котором намешано всего по чуть чуть. Немножко "зарубежной литературы", немножко о "ваших сверстниках до революции", щепотка юмора от современных поэтов...
Что можно иметь против каждого из этих авторов? Да ничего. Просто непонятно, почему на страницах учебников соседствуют Андерсен, О*Генри, Лесков, Хармс, Грин... Они же для разного возраста! (По правде говоря, они вообще писали для взрослых).
Так разве не логично было бы привести программу начальных и средних классов в соответствие с возрастом?
Первый - второй класс - это сказки.
Третий - сказочные повести, четвёртый, когда начали изучать историю - исторические рассказы... Дальше - Библиотека приключений, фантастика, психологическая повесть... Что мешает сделать литературу в средних классах ... интересной? Но при этом не развлекательно - интересной, а фундаментом под нашу серьёзнейшую классику?
Вижу только одно препятствие, точнее, подводный риф...
Если в первом классе прочесть "Колобка" - и весь остаток урока посвятить обсуждению, "чему нас учит "Колобок"...
Если потребовать сравнительную характеристику сестриц Элли и Энни из Изумрудного города...
Если удариться в обсуждение "двух правд и двух Россий" после прочтения исторических повестей Сергея Алексеева...
Если коллективно готовиться к сочинению о классовой ограниченности Атоса...
Если проанализировать причину повышенной религиозности Дика Сенда...
Если аккуратно подводить к выводу о бессмысленности, тупиковости Хогвартса как образовательной системы...
Не получим ли мы в итоге ненависть вместо любви? Ненависть не просто к классике не по возрасту, а к литературе вообще?
Скажете, "всё зависит от учителя?" Отчасти верно, но не будем делать вид, что Министерство и прочие РОНО здесь вообще не при чём. Да и учителей, которым "самим интересно", всё же никогда не хватало.
Но как люди выходили из положения прежде? Как в потоке литературы "вылавливали" то, что могли полюбить? Не для программы - для себя?
Некрасов вот досадовал, что читают не "Белинского и Гоголя", а "Блюхера и Милорда глупого". Но ведь - ЧИТАЮТ! Так не присмотреться ли повнимательнее, кто же они, эти "милорды", благодаря которым общество вообще научилось находить удовольствие в чтении?
Кто у нас считался лучшим драматургом в восемнадцатом столетии? Княжнин.
А кого тогда называли "русским Гомером"? Хераскова.
Самый читаемый прозаик пушкинской поры - Бестужев-Марлинский.
Лучшим поэтом при жизни Пушкина считали Бенедиктова.
Как ни любили читатели Гоголя, но куда ему до популярности Загоскина!
Сетуя на слабо представленный у нас авантюрный жанр, вспоминаем ли мы Вальтмана?
Не было у нас детской литературы? А как же Ростопчина?
Примеры можно множить и множить.
Что же общего у всех этих литераторов, которых теперь считают вторым, если не третьим эшелоном литературы? В отличие от эшелона первого, они не ставили "космических" вопросов, не формировали вкусов публики, не работали на будущее. Они отвечали тем запросам, которые УЖЕ сформировались. Говорили с читателем о том, что ему интересно сегодня, сейчас.
Интересны ли "Марлинские и Ростопчины" сегодня?
ДА! Проблема лишь в том, что классиков не может, не должно быть много. Десятка три - больше сознание "среднего" школяра просто не вмещает.
Вот и получается, что классиков "назначает" некое "коллективное бессознательное" в союзе с Министерством: отбирается очень небольшой круг авторов, не знать которых = не стать представителем своего народа.
(А о "необязательном втором эшелоне" продолжение следует.)