Масса мозга взрослого человека составляет около двух процентов массы тела, но при этом мозг потребляет свыше 20 процентов энергии всего организма. Дополнительный объем серого вещества оправдан в случае, если он позволяет добывать больше калорий, чтобы снабжать мозг энергией, и ученые не понимали, каким образом мозг окупает свои энергетические затраты. Что именно позволило самым крупным мозгам с мощными лобными долями пробиться через генетический пул?
Одно из ранних объяснений энергетической окупаемости крупного мозга касалось бананов и других высококалорийных фруктов. Животные, жующие траву, не нуждаются в размышлениях по поводу того, где им поесть в следующий раз. Но растение, на котором росли отличные спелые бананы на прошлой неделе, сегодня может оказаться полностью объеденным, либо плоды на нем станут переспелыми и непривлекательными. Согласно гипотезе, поедателю бананов объемный мозг нужен для того, чтобы сообразить, где искать спелые плоды, а калории, содержащиеся в бананах, снабжают этот продвинутый мозг энергией.
Это предположение выглядело разумным, но оставалось всего лишь гипотезой. Антрополог Робин Данбар, изучая мозг и пищевые предпочтения различных животных, не нашел ей подтверждения. Размер мозга не соотносился с типом питания. Со временем Данбар пришел к выводу: крупный мозг развился не ради взаимодействий с природной средой, а для того чтобы развиваться в гораздо более важной для выживания социальной области. Животные, которые обладают объемным мозгом, характеризуются сложными социальными взаимодействиями.
МАССА МОЗГА ВЗРОСЛОГО ЧЕЛОВЕКА СОСТАВЛЯЕТ ОКОЛО ДВУХ ПРОЦЕНТОВ МАССЫ ТЕЛА, НО ПРИ ЭТОМ МОЗГ ПОТРЕБЛЯЕТ СВЫШЕ 20 ПРОЦЕНТОВ ЭНЕРГИИ ВСЕГО ОРГАНИЗМА.
Это умозаключение подводило к новому предположению относительно Homo sapiens. Люди являются приматами с наиболее развитыми лобными долями, потому что они способны создавать сложные социальные сообщества. И, похоже, именно поэтому нам особенно необходим самоконтроль. Мы склонны думать о силе воли как о средстве самосовершенствования – сесть на диету, вовремя выполнить работу, выйти на пробежку, бросить курить, – но, возможно, это не главная причина ее развития у наших предков. Приматы – социальные существа, которым необходимо контролировать себя для того, чтобы уживаться с другими членами группы. Они зависят друг от друга из-за пищи, которая нужна для выживания. При дележе пищи право выбора получает обычно самый высокостатусный и сильный самец, другие ждут очереди в соответствии со своим социальным статусом.
Для выживания отдельных особей в такой группе им необходимо сдерживать позывы набрасываться на еду немедленно, иначе их побьют. Шимпанзе и обезьяны не смогли бы мирно делить еду, если бы их мозг был как у белки. На драку им пришлось бы расходовать больше калорий, чем они получали бы из пищи.
МЫ СКЛОННЫ ДУМАТЬ О СИЛЕ ВОЛИ КАК О СРЕДСТВЕ САМОСОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ – СЕСТЬ НА ДИЕТУ, ВОВРЕМЯ ВЫПОЛНИТЬ РАБОТУ, ВЫЙТИ НА ПРОБЕЖКУ, БРОСИТЬ КУРИТЬ, – НО, ВОЗМОЖНО, ЭТО НЕ ГЛАВНАЯ ПРИЧИНА ЕЕ РАЗВИТИЯ У НАШИХ ПРЕДКОВ.
Хотя у других животных присутствуют признаки интеллекта, проявляющиеся в зачатках этикета во время еды, их самоконтроль совершенно ничтожен по человеческим меркам. Эксперты утверждают, что самые смышленые обезьяны могут представлять свое будущее лишь на ближайшие 20 минут. Этого вполне достаточно для того, чтобы позволить альфа-самцу поесть, но недостаточно для планирования за рамками ужина. (Некоторые животные, например белки, инстинктивно делают запасы пищи и извлекают их позже, но это запрограммированное поведение, а не сознательный план накоплений.)
В одном эксперименте, в ходе которого обезьян кормили один раз в полдень, они не смогли научиться сохранять пищу впрок. Они могли взять сколько угодно еды во время полуденной кормежки, но, наедаясь досыта, они не обращали внимания на остатки трапезы или просто кидались ими в друг друга. По утрам они голодали, потому что им в голову не приходило отложить часть сытного обеда, а затем съесть припасы вечером или утром.
У людей это получается лучше благодаря продвинутому мозгу, который начал совершенствоваться у наших предков два миллиона лет назад. Большая часть функций самоконтроля осуществляется на бессознательном уровне. За деловым ланчем вам не приходится сознательно удерживать себя от того, чтобы съесть мясо с тарелки босса. Неосознаваемая работа нашего мозга постоянно помогает нам избегать социальных конфликтов, и она выполняется незаметно и притом таким огромным множеством способов, что некоторые психологи пришли к выводу, будто она и есть наш истинный начальник. Увлечение бессознательными процессами происходит из фундаментальной ошибки исследователей, разделяющих поведение на все более дробные единицы в попытках идентифицировать реакции, слишком быстрые для того, чтобы ими управляло сознание.