Новостроечный Северный проспект чуть-чуть не достаёт до площади Республики, ударяя в бок улице Абовяна. Хачатур Абовян, писатель середины 19 века, для армянской культуры (правда, больше прозы) значит примерно то же, что для российской - Пушкин: основоположник современной словесности. Более того, вместе с дерптскими профессором Иваном Парротом и командой сопровождения он был ещё и первым человеком, взошедшим на Арарат. Так что понятно, что таким именем в 1920 году могли назвать только главную улицу:
Прежде она была улицей Астафян - точнее, Астафьевской, по губернатору Михаилу Астафьеву, а до 1868 - и вовсе Крепостной. И хотя в нынешнем Ереване главным кажется скорее проспекта Маштоца, о было значении Астафьевской напоминает её облик - первые кварталы от площади Республики отличаются самой цельной дореволюционной застройкой.
Вот например дом доктора Оганеса Оганесяна (1915), директора эриванской больницы, с 1911 года занимавшегося частной практикой. В своём особняке он организовал небольшую клинику, которая должна была стать лучшей в Эривани, кабы ни кончилась мирная жизнь. В 1923 Оганесянову клинику национализировали, открыв в ней Тропический институт, ереванцам более известный как Малярийная больница.
С 1944 года же этот дом известен как АОКС - Армянское общество культурных связей с зарубежными странами: в отличие от украинской или литовской диаспор, не говоря уж о русской, со Спюрком СССР дружил. Но что за очаровательная скульптура сидит на торце - в многочисленных статьях об этом доме почему-то не пишут:
Двери Старой Эривани - левая принадлежит всё тому же АОКСу, а правая - дому шелкозаводчика Барсега Егиазаряна (1905) на другой стороне. Она, что удивительно, вполне аутентична, а вела сначала в хозяйский особняк, в Первую Мировую - в госпиталь под патронажем всё того же Оганесяна, при Первой республике - в Амерком (Американский комитет помощи Ближнему Востоку), а в 1920-37 годах - и вовсе в ЦИК Компартии Армянской ССР, работавший здесь, пока строилась площадь Республики.
Дом Егеазаряна - чёрный и поодаль. Из чёрного туфа в Ереване и Александрополе (Гюмри) строили больше в начале ХХ века, когда исчерпался более привычный красный туф - новые месторождения с механизированной шахтной добычей освоили лишь при Советах. Так что цвет домов здесь выдаёт их возраст - одноэтажку на переднем плане построил в 1884 году Егиазарян, только не Барсег, а его брат Григор (логичнее был бы Тигран).
Большую часть дома он сдавал весьма необычному арендатору - станции Индо-Европейского телеграфа, проложенного в 1868-70 годах по проекту "Сименс и Гальске" между Лондоном и Калькуттой. Краешком телеграфная линия задевала и Россию - прежде я уже показывал её следы в Симферополе, но не знаю, сохранились ли ещё и столбы в Ереване.
Эти домики от "устья" Северного проспекта располагаются слева. Справа же встречает ЦУМ (1937), в аутентичности которого у меня есть больше сомнения.
Здесь, у чопорной площади Республики - наибольшая концентрация различных туристических заведений вроде кафе (в том числе национальный "Карас") или сувенирных лавок.
Но про саму площадь Республики - как-нибудь в другой раз.