Словарь русского языка Ожегова считается эталоном «словарного собрания» нашего великого и могучего. Эх, знали бы вы, сколько ученый выстрадал, пока готовил все редакции своего творения… Особенно тяжкие испытания выпали на второе издание – подготовка заняла долгие годы, часть из которых пришлась на Великую Отечественную. Ожегов собирался в ополчение, но его не пустили – серьезный ученый, свет и надежда нации, бронь, сиди, уважаемый, в тылу. Правда, остался он в Москве – ни минуты не верил, что фашисты возьмут советскую столицу и поставят нашу страну на колени!
Критика: обоснованная и не очень
На самом деле, издание всех «версий» словарей С. И. Ожегова было связано с обилием критики, которая лилась на него со стороны:
- видных партийцев;
- лингвистов и филологов;
- литераторов;
- просто шибко умных людей.
Например, Федот Филин в 1950 году окрестил готовящийся сборник «словарным трупом». Причина в том, что Ожегов мало того, что использовал множество действительно устаревших слов, которых в советском обиходе давно не было, но и церковные термины, например, иконостас, аналой, апокалипсис и пр.
С одной стороны, ничего страшного, из языка слова не выкинешь, с другой стороны, речь идет о поздней сталинской эпохе – люди еще не перестали верить в идеалы революции и считали враждебными все отсылки к царскому прошлому нашей страны, в том числе, связанные с церковью.
Не брезговал Сергей Иванович и несколько похабненькими словами. Интересно, что один раз это спасло судьбу некоего молодого человека, который сидел за изнасилование. Добиваясь пересмотра своего дела, он взял в руки Ожеговский словарь и почитал значение слова «насилие», то есть то, что там про него пишут. По этическим причинам не будем приводить цитату, но благодаря этому он сумел доказать следствию, что в реальности интим был, но насилия в нем не было, так как девушка согласие свое выразила, однако потом решила напакостить и накатала заявление. Освободили, удивительно! На минутку, на дворе стоял 1960 год, а эта схема дамского развода уже работала…
Загадочный ленинградец
Не обошла Ожегова стороной и политическая ситуация страны, в которой ему приходилось работать. Например, в одном из изданий, готовившееся аккурат перед снятием с поста наркома НКВД Ежова, он вкорячил цитату относительно спецслужб, которая опальному чекисту и принадлежала. Потом подумал и решил, что от греха подальше лучше убрать с глаз упоминание таких громких фамилий. И что бы вы думали – почти сразу следует вызов в «компетентные органы» для беседы. Только претензия последовала не на тему выкидывания имени легендарного наркома из словаря, а на тему того, что, мол, ученый как-то больно рано узнал о снятии Ежова. А уж нет ли во всесильном ведомстве шпионов?
С политикой, точнее, с государственной идеологией, связано и слово «ленинградец», которое Ожегов включил в издание 1952 г. Казалось бы, ничего особенно – просто название жителя советского города, слово ходовое… Но фишка в том, что в то время граждане слабо идентифицировали себя по регионам и населенным пунктам, они больше топили на том, что «граждане Советского Союза», а конкретное место жительства или рождения их волновало откуда-покуда. По этой самой причине Ожегов и не хотел включать в словарь словечки а-ля «москвич», «минчанин», «вологжанин» и пр.
Но так уж получилось, что слово «ленивый» шло по алфавиту аккурат перед словом «ленинец». Разве ленинец может быть ленивым? Ни в коем случае, он идеален с точки зрения советской идеологии. Высокая комиссия вопрос рассмотрела, но не стала сильно лютовать – просто попросили ученого вставить между ними еще одно слово, которое разделило бы их, убрав негатив. Тот подумал и решил, что словарный запас в русском языке хотя и богат, но не бесконечен, потом рассудил, что среди жителей Ленинграда всякие попадаются, и запихал после «ленивого» «ленинградца». Тоже не очень благозвучно, но, во всяком случае, не преступно с идеологической точки зрения!
Источники:
https://www.pravmir.ru/dvizhitel-slovarnogo-dela-sergej-ivanovich-ozhegov/