С давних времен правители брали в жены тех, кто соответствовал им по статусу. То есть принц или король мог жениться только на принцессе. Проблема заключалась в том, что нередко случались брачные союзы между родственниками.
Тогда люди не подозревали о существовании генетики, но они догадывались, что кровосмешение между родственниками ведет к плохим последствиям.
Ярчайший тому пример был в Испании.
Габсбурги
Карл Второй Габсбург правил в 17 веке в Испании. «Правил» - это громко сказано. Дело в том, что он был сыном Филиппа Четвертого и Марианны Австрийской. Жена приходилась мужу племянницей. Если капнуть еще глубже, то там найдется масса родственных связей.
Понятно и просто можно пояснить так:
у Карла Второго было всего-то 10 предков в пятом колене. А должно было быть 32. То есть родственники неустанно вступали в браки. И в итоге всей этой истории появился на свет Карл. Он страдал массой заболеваний, которые сейчас называют генетическими. Король плохо говорил и соображал. Его даже прозвали «Зачарованным».
Очевидно, что Карл не мог нормально руководить государством, которое ему досталось. За правителя принимали решения люди из окружения.
Карл не смог дать потомства, прожил он мало – 38 лет. После ухода короля из жизни началась ожесточенная борьба за власть между разными группировками.
Подробно рассказывать не буду. У статьи другая тема.
На Руси
Можно вспомнить как минимум один случай, когда родственники вступали в брак. Речь о правнуках Владимира Мономаха:
· Ростиславе Киевском;
· Антонии – дочери Всеволода, прозванного Большим Гнездом.
С детьми у этой пары вроде бы было всё нормально. Роман и Рюрик Ростиславовичи одно время правили Киевом. Святослав и Мстислав, известный под прозвищем Храбрый, - в Новгороде. А Давыд был князем Смоленским.
У Ростислава было еще 4 дочери. Три из них стали женами князей. А Елена – супругой Казимира Второго – польского короля. Но это не точно – про Елену.
Это что касается Руси – династии Рюриковичей.
У Романовых тоже имели место случаи кровосмешения. Причем их можно разделить на две группы:
· когда представители семьи брали в жены родственниц из Европы;
· когда в семье Романовых заключали браки.
Пример касаемо второй группы:
Кирилл Владимирович Романов взял в жены двоюродную сестру. Николай Александрович сильно против этого возражал, но все же сдался, благословив влюбленных.
Что же касается первой группы, то примеров масса:
1. Михаил Павлович женился на принцессе Вюртембергской, которая была ему двоюродной племянницей.
2. Сергей Александрович, брат Александра Третьего, женился на принцессе Гессен-Дармштадтской – Елизавете Фёдоровне. Она приходилась Александре Фёдоровне старшей сестрой. У Елизаветы и Сергея была одна общая родственница. Прабабушка принцессы была бабушкой великого князя.
Можно вспомнить и королеву Викторию, которая подарила женихов и невест всей Европе, а заодно передала ген гемофилии.
Николай и Александра
У последних правящих Романовых было всё запутано. Александра Фёдоровна была троюродной сестрой Николая. С другой стороны, Аликс была еще и четвероюродной тетей императора.
Очень интересная ситуация. Сразу и сестра, и тетя.
Общие предки у этих мужа и жены были следующие:
1. Вильгельмина Баденская, сыном которой был Карл Гессенский – отец Людвига Четвертого. Александра Фёдоровна была дочерью последнего. Дочь Вильгельмины Мария Александровна была мамой Александра Третьего.
2. Фридрих Вильгельм Второй. Он был отцом Вильгельма Прусского, дедом Елизаветы Прусской и прадедом всё того же Людвига Четвертого, который в свою очередь был отцом Александры Фёдоровны.
Кроме того, Фридрих Вильгельм Второй был дедом другой Александры Фёдоровны – матери Александра Второго.
Запутаться можно во всех этих связях. Факт остается фактом: Николай Второй и его супруга были родственниками.
На потомстве сказалось совсем другое. Я уже упоминала про королеву Викторию.
О том, что все правители в Европе братья и сестры, генетика напомнила, когда родились будущие Николай Второй и Георг Пятый. Есть несколько фото с этими мужчинами. Сразу видно, что они очень похожи. Правители были родственниками – двоюродными братьями.
Такие связи, впрочем, не помешали Георгу не вмешиваться в дела Романовых. Правитель Британии мог спасти двоюродного брата, но не стал этого делать.