Эту картину Карл Брюллов написал в 1831 году, у современного же зрителя она вызывает веселый интерес.
В самом деле, такая запретная тема, как монашеская жизнь, всегда притягивала взгляды. Но «Сон монашенки» почти не несет следов порока, все в картина воздушно-романтичное, да и происходящее не имеет общего с нашими реалиями.
Брюллов обожал Италию и с удовольствием жил там и работал. Образ итальянки был ведущим в его творчестве, так что все женщины в его картинах так или иначе похожи на итальянок: оливковая кожа, овальные лица, нос с горбинкой, чернявые локоны.
Шикарные пышные девы (хотя по тем временам они очень даже стройные) смотрят на нас с портретов и жанровых сцен кисти Карла Брюллова. Не только образы людей, но и различные художественные приемы художник перенимает у итальянцев.
Один из них – манера расширять пространство за счет окна или арки, сквозь который продолжается перспектива произведения. Прекрасные миниатюрные пейзажи на фоне портрета долгое время были классической приметой итальянских мастеров.
Есть эта деталь и в картине «Сон монашенки». Но центром притяжения взгляда все же является томная молодая девушка, которой снится любовный сон. Этот самый сон, как мистическое видение, показан и нам, зрителям.
Ничего порочащего девушку в нем не происходит, в прочем. Воображаемая сцена полна юношеской романтики, даже некой слащавости – так воспринимается она сейчас. Однако сам факт, что юная послушница думает о кавалерах в стенах монастыря, кажется забавным. Массивное распятие над кроватью, конечно, призывает к строгости исполнения обета, но вряд ли девушка оказалась в заведении по своему желанию и по-настоящему сильна в вере.
Как бывало довольно часто с женщинами 19 века, эта юная особа, вероятнее всего, была помещена в монастырь кем-то из родственников и просто не имела права уйти. Иронию происходящего подчёркивает надпись на двери «Ora pro nobis» что буквально означает «молись за нас». Это необходимо, ведь грех по мнению церковников, живет в каждом.
Старшая монахиня, заглядывая в комнату девушки, словно догадывается о причине сонной улыбки и даже кажется снисходительной к ветрености подопечной. На женщине красочная ряса ордена Святого Сердца Иисуса, популярного в первой трети XIX века монашеского ордена.