Есть на ютюбе, кажется, клип, финал знаменитого фильма «Профессионал» под музыку Энио Морриконе Chi Mai.
Жосслен Бомон идет к вертолету, но не погибает, а…улетает!
На вертолете…
Бог помиловал!
Ну, конечно, разве могут все многочисленные герои Жан-Поля Бельмонда умереть?
Жан-Поль, по-нашему Иван Павел, подарил нам фантастический, искрящийся юмором, трюками и приключениями кино-мир.
Прекрасный мир французского кино, как бы это высокопарно не прозвучало!
До одури забавный, нелепый, иной раз глуповатый, но не скучный.
«Будь красива и помалкивай», «На последнем дыхании», он ворвался в золотой век кино молодым, неунывающим повесой. И, если кому-то еще было не понятно, что явилась новая звезда, Жан-Поль смог бы вразумить кулаком. Бельмондо чуть было не стал боксером.
Бокс довершил облик задиры со слегка приплюснутым носом, но от этого еще более очаровательный и бесстрашный.
Бесстрашной, с вальяжный походкой морячка, сошедшего на берег, он не был неотразим, как красавец Делон, но зато небесстрастный.
Сказались его итальянские корни. Его отец-скульптор лепил в детстве с него ангелочков. Но ангелочек выпорхнул в мир кино, чтобы уже не возвращаться на грешную землю.
Мы пережили с ним «застой», катастройку, нулевые и казалось, он был, есть и будет.
Неунывающий, выходящий из любых безвыходных ситуаций.
Вспомнить хотя бы безбашенного Адриана Дюфурке, «Человека из Рио»!
Он бегает быстрее машины и прыгает без парашюта с самолета, умудрившись не разбиться насмерть. И в конце концов побеждает.
Так и должно быть, но в жизни не бывает. Поэтому его и любили.
«Великолепный», «Вне закона», «Ограбление», «Авантюристы», «Кто есть кто», «Чудовище»…
Из его напарниц в кино выстроилась бы целая рота почетного караула отъявленных красавиц: Софи Лорен, Жаклин Биссет, Катрин Денев, Брижит Бардо, Джейн Биркин, Урсула Андерс, Лаура Антонелли, Ракель Уэлч и т.д.
Женщина, которая сдается слишком быстро, потом организует сопротивление методом диверсии…
Приблизительно все те же кульбиты, что и в кино, совершал он с женщинами и в жизни. Очень трудно убежать от образа, тем более, если он стал второй натурой. Если не первой. Переиграв авантюристов, мошенников и воришек, он после 60-и воскликнул:
Я не хочу быть летающим дедушкой французского кино… Я устал от преступников и полицейских… Сыграно их предостаточно. Сейчас меня привлекают комедийные и классические роли. Если мои мечты осуществятся, я ради театра брошу кино…
Спасибо, Жан-Поль, что ты одарил нашу тусклую реальность своим посещением. Спасибо за то, что ты был.
Ангел французского кино.
Ты никуда от нас денешься, даже смерть, как написал бы Франсуа Марлен, “великолепный” графоман, не сможет разлучить нас теперь.
Ангелы не умирают.
Эй, Морриконе, смени пластинку. Траур ему ни к лицу.
Какая к черту смерть, если он, улыбаясь, взлетает на вертолете в одном исподнем?
Бельмондо не может исчезнуть. Иначе случится конец света. Мир не будет больше прекрасным без Мишеля Гоше и других!
Моя теща, узнав о твоей кончине, сожгла котлеты. Погода сошла с ума, перепутав осень и зиму.
Еще один такой ужин, и я потребую компенсации у французской Академии кино. Так больше продолжаться не может. Хватит валять дурака.
Возвращайся!
Не ты ли когда-то сказал:
Для меня доводы сердца важнее доводов разума…
К тому же смерть - довольно мрачный финал, и, главное, он не понравился зрителю!