С момента рождения ребенка крайне важно сразу распознать в красных припухлостях инопланетного лица черты мамы или папы. И даже когда приговор вынесен, разговоры не утихают на протяжении всей жизни: «нос папин, глаза мамины», или «у тебя подбородок как у отца», или «ох уж эти дедовские брови» и так далее. Что ж, пришло время науки посмотреть на распухшие мордочки, и сказать, что на самом деле все дети больше похожи на отцов, чем на матерей и вот почему.
Если вы заглядывали на уроки биологии в школе, то знаете, что все мы – конструктор из частей наших родителей. 50% ДНК нам достается от мамы, а оставшаяся половина – от папы. Но тот, кто прослушал биологию в университете, знают еще кое-что – не все гены проявляют себя одинаково. Другими словами, в вашем ДНК есть гены, которые никогда не включатся и те, которые срабатывают чаще всего. Это свойство генома описывает относительно молодая наука эпигенетика.
На тему эпигенетики было проведено исследование в 2015 году. Оказалось, экспрессия генов у мышей зависит от того, чьи они: папины или мамины. Хотя каждый родитель технически составлял половину генома потомства, примерно 60 % генов отца были более активными, чем гены мамы.
Эти эпигенетические факторы касаются не только цвета глаз или способности шевелить ушами. Папины гены больше влияют на наше психическое и физическое состояние. Если у мамы есть предрасположенность к какому-то заболеванию, мы его унаследуем, но не обязательно будем им болеть в течение жизни. Но если отец передает гены с отклонением, то у ребенка оно проявится с большей вероятностью.
Почему гены отца более выражены?
Точных ответов у ученых пока нет, но, известно одно – война генов начинается еще в утробе матери.
В некотором роде плод можно рассматривать как паразита, который живет и питается ресурсами женщины. Мамин организм распознает только половину генов ребенка, другая половина отца чужеродна. Вот почему беременные имеют ослабленный иммунитет и подвержены риску серьезных заболеваний. Чтобы не позволить себе уничтожить крошечного зародыша-захватчика, тело глушит здоровую реакцию иммунной системы.
Этот паразитизм усугубляется тем фактом, что отцовские гены очень агрессивны. Эволюционно папа хочет, чтобы его дети выживали и процветали. То есть его гены хотят отобрать ресурсы у матери, которая важна только как источник ресурсов для ребенка.
Одним из классических примеров этого генетического конфликта является борьба за экспрессию инсулиноподобного фактора роста 1 или белка IGF. Этот белок, способствующий росту, сильно экспрессируется отцовскими генами. Между тем материнские гены экспрессируют IGF2R, который активно подавляет выработку отцовского белка IGF и, следовательно, рост ребенка.
У мышей, если убрать материнские гены, дети становятся гигантскими. Они пытаются перерасти своих братьев и сестер и извлекать из матери все больше ресурсов. Но если убрать отцовские гены, дети становятся буквально крошечными.
Оказывается, материнские гены, подавляющие рост, присутствовали не всегда. Они развились в ответ на отцовские гены, способствующие росту. Это похоже на перетягивание каната. Теперь эти гены почти нейтрализуют друг друга, и потомство вырастает оптимального размера.