Встретив когда-то в книжке понятие "веселая наука", я, помнится, сразу подумала о той области человеческой деятельности, которая связана с постижением мира через рациональный эксперимент, ну, то есть, о науке в его обычном понимании. И еще подумала - почему же она веселая?! Может быть, это как-то связано с рубрикой "ученые шутят"? Типа, занятия наукой - дело интересное, увлекательное, веселое.
Как потом оказалось, я была крайне далека от истинного смысла "веселой науки".
Ничего общего с учеными и их шутками! И вообще ничего общего с наукой в современном понимании этого слова. Gaya scienza, что на старопровансальском и означает "веселая наука" - это термин, которым в средние века называли рыцарскую культуру куртуазности сами же ее представители. Она была тесно связана с поэзией трубадуров, расцвет которой пришелся на XI-XII века.
Но почему "наука"? Вероятно, потому же, что позволило Пушкину произнести фразу "наука страсти нежной", то есть, это умение выстраивать любовные отношения продуманно, используя определенные методы воздействия и достигая своей цели вполне рационально.
Любовь рыцаря к Прекрасной даме в средние века была своего рода нормативной парадигмой. Она предполагала знание определенных поведенческих норм и следование им. Например, рыцарь был обязан слагать панегирики в честь жены своего сюзерена, восхваляя в них красоту этой дамы и прочие ее добродетели, а также выражать к ней свое почтение и любовь. А дама должна была благосклонно принимать эти восхваления, но, разумеется, не в смысле пренебрежения супружеской верностью.
То есть "веселая наука" не предполагала действительную страсть, индивидуальную любовь. Это была своего рода дисциплина, которую человек, относящийся к определенной традиции, должен был усвоить и применять на практике. Отсюда и "наука".
Эти правила "веселой науки" и составили нормы куртуазного поведения. Надо сказать, что на фоне довольно суровых нравов средневековья, грубости и жестокости тогдашней жизни, приниженного положения женщины в обществе, появление культуры куртуазии было отрадным явлением. Во-первых, она возвысила лирическую поэзию и, несомненно, способствовала ее развитию (как и в целом, литературы). Во-вторых, она смягчала нравы, поскольку предполагала почтительное, вежливое и восхищенное отношение к женщине.
Играя в куртуазную любовь, рыцарь поневоле отвлекался от жестоких, тупых реалий своей повседневной жизни. Куртуазия давала отдых душе, это был некий свет в окошке - отсюда и "веселая".
Поскольку сами рыцари, как правило, были неграмотны и лишены литературных талантов, вместо них Прекрасную даму воспевали трубадуры, создававшие свои произведения от лица рыцаря. Реальный воин, слыша эту лирику, с удивлением обнаруживал, что вот он какой, оказывается - любезный, вежливый, нежно, издали влюбленный в замужнюю даму! Надо было хоть как-то соответствовать созданному образу. И вот солдафон уже не тащит за волосы женщину к ближайшей кровати, а стоит перед ней на коленях и протягивает розу, всю в росе. Мда...
Трубадуры поспевали любовь как радостное, веселое состояние души. Мрачность оставалась за пределами куртуазии. Поэтому так обаятельна "веселая наука".
Читайте еще на моем канале:
Риторика и философия: что общего между ними?
Что бы мы делали без стресса? О том, как он влияет на жизнь общества
А вот еще интересное в блоге моего мужа: