В Госдуме силами депутатов от «Единой России» решили вернуться к обсуждению введения «налога на безработицу», другими словами - очередного бесцеремонного влезания в карман трудящихся. Напомним, что Андрей Исаев, один из бывших лидеров прихлебательской ФНПР, грозился окончательно принять данный закон еще минувшей осенью.
Речь идет о возрождении механизма, существовавшего в России в 1991-2001 годах, когда работодатель переводил в специальный внебюджетный Фонд занятости населения отчисления от фонда оплаты труда работников. Благодаря этим средствам, безработный в первые три месяца после увольнения получал пособие в размере 75% от среднего заработка, а потом 60% и 40% соответственно. Новое предложение выглядит так: отныне работодатель будет освобожден от обязанности выплачивать выходное пособие, это бремя будет ложиться целиком на плечи службы занятости. На первый взгляд - очередное благодеяние, шаг в сторону людей, потерявших источник заработка. Но вот, если копнуть поглубже, то окажется, что последствия по ожидаемому эффекту скорее всего вновь окажутся прямо противоположными.
«Во всем мире это работает, и это эффективный способ, который помогает преодолевать кризис», - так выразился первый зампред думского комитета по труду и социальной политике Михаил Тарасенко, анонсируя возврат к прошлой модели страхования. Между тем, проблема здесь кроется в деталях, а они в наших реалиях - довольно зловещие. Согласно классической схеме, прижившейся в западных странах, отчисления в фонды занятости делают как сами работники (в добровольном порядке), так и работодатели за каждого из них. Если человека увольняют, он начинает получать пособие, причем в процентном отношении величина выплат обычно составляет больше половины от заработка. Например, в Греции — это 50%, в Бельгии — 60%, в Нидерландах — 70%, в Швеции — 80%. Продолжительность же выплат варьируется от 4 месяцев (в Нидерландах) до 5 лет (во Франции).
Будет ли подобное работать в нынешней России? Начнем с того, что ссылки на опыт Запада в наших реалиях, как всегда, априори неправомерны и бессмысленны. Если там действует принцип замещения утраченного заработка, то у нас — принцип выплаты пособий на содержание. Там размеры пособий находятся в прямой зависимости от размера зарплаты и трудового стажа, в России же они в новом году утратили даже связь с МРОТ. Напомним, что минимальное пособие по безработице у нас сейчас составляет 1,5 тысячи рублей в месяц. И это одна из главных причин, почему люди стараются обходить службы занятости стороной.
Кроме того, ни для кого не новость, что сегодня очень многие компании и предприятия в России находятся на грани рентабельности и буквально дышат на ладан. Дополнительное налоговое бремя, пусть даже в размере 1-2% от начисленной оплаты труда, многих из них просто раздавит. Им придется либо закрываться, либо пытаться уйти в тень, к незаконным схемам выплат заработной платы, либо попросту избавляться от части персонала. И тогда армия безработных (сегодня только официально зарегистрированных — более 4 млн, 6,3% населения) получит мощное пополнение. То есть средство для борьбы с безработицей выбрано такое, что безработица может только резко вырасти. А если добровольно-принудительным дополнительным налогом обложат еще и работников, с их нынешним уровнем медианных зарплат в 25-30 тысяч рублей - это будет совсем катастрофа.
Наконец, если Фонд занятости населения будет возрожден в том виде, в котором он существовал в 90-х, то велика вероятность, что он уже в скором времени повторит судьбу своего предшественника, упраздненного в 2001-м: очень скоро станет дефицитным, и его так или иначе вновь придется пополнять за счет трансфертов из федерального бюджета. А бюджет, как мы помним, у нас дефицитный.
А вспоминая жуткие провалы нашего правительства в той же сфере пенсионных накоплений, можно очень посомневаться, что доверия у российских граждан к очередному «страховому сундуку» будет сильно много. Можно даже не сомневаться, что под предлогом «защиты интересов трудящихся», мы в итоге получим очередное ограбление.