Как выбрать, какую книгу читать следующей? Понятно, что на этот вопрос в принципе может быть универсального ответа, причем не только для разных людей, но даже для одного человека. В данном конкретном случае — для меня.
Вообще я почти всеяден в плане литературы (ну, за исключением откровенной макулатуры, конечно). Чтобы убедиться в этом, достаточно полистать архивы Библио-лаборатории; чего там только нет: статьи, посвященные советской фантастике и научно-популярной литературе, не слишком затейливым боевикам и детективам, историческим романам и книгам, принесшим своим авторам Нобелевскую премию по литературе, и черт знает чему еще, все и не упомнить.
Однако не всегда книга «заходит» с первого раза. Даже если я чувствую, что в целом литературное произведение заслуживает внимания, не факт, что она обязательно окажется «в резонансе» с моим эмоциональным и психологическим настроем в конкретно взятый период жизни. Как говорится, всему свое время и место, и иногда (на самом деле не так уж редко) я откладываю чтение какой-либо книги до «подходящего момента».
Причины бывают разные. К примеру, в конце прошлого года я прочитал великолепный роман Нила Стивенсона «Анафем», который произвел на меня столь сильное впечатление, что мне пришлось радикально изменить свои читательские планы на ближайшее время. К примеру, многие постоянные читатели и подписчики канала давно следят (во всяком случае, я на это надеюсь) за мои амбициозным проектом «Все Искатели», и после Нового Года я планировал сделать обзор Искателя №2 за 1970 год, но вы уж простите меня, после мощного, глубокого, наполненного философскими аллюзиями «Анафема» читать номер, посвященный столетию Ленина просто невозможно. Я в принципе ничего не имею против революционной романтики, но настроение совершенно не то.
Начав и отложив еще две книги по сходным причинам (совсем не в «резонансе»), я задумался — а что вообще подойдет для такого случая? И тут мне вспомнилось, что я давно уже хотел перечитать «Игру в бисер» Германа Гессе (с последующей статьей, конечно), но в итоге решил прочитать доселе не знакомый мне роман Гессе «Сиддхартха». И не прогадал.
Гессе, конечно, гений — без всяких оговорок. И тут дело даже не в том, насколько я был морально готов к роману, и не в том, что когда-то я сам увлекался буддизмом (черт, а кто из хипповатых юнцов не увлекался дзен-буддизмом или какой-нибудь псевдобуддистской эзотерической ерундой?). Просто менее чем сто страниц «Сиддхартхи» Гессе таят в себе больше, чем целые полки иной «умной литературы». Позволю себе украсть сравнение из чужого отзыва:
Если сложить вместе все книги П. Коэльо и Р.Баха, то во всей своей совокупности они многократно уступают этой 80-страничной повести Германа Гессе.
Я все-таки считаю «Сиддхартху» не повестью, а романом, но суть не в этом. Все то, что литературные эпигоны мистификатора Кастанеды размазывают тонким слоем на десятки томов (кушать-то хочется!), Гессе сконцентрировал в одном небольшом, но невероятно насыщенным тексте, который помимо явной связи с парадоксами мастеров дзен (не нашего портала, а вариации буддизме Чань, известном в странах окраинных варваров под именем «дзен») совершенно явно предвосхищает труд Джозефа Кэмпбелла «Тысячеликий герой» (кстати, Кэмпбелл основывался, в том числе, и на работах Юнга — у которого Гессе проходил сеансы психоанализа, так что это не совпадение).
Сиддхартха Гессе — это не Гаутама, знакомый нам по буддийским текстам. Пусть вас не вводит в заблуждение имя — Будда Шакьямуни присутствует в романе как отдельный персонаж. У Гессе Сиддхартха проходит свой путь, лишь частично совпадающий с путем Гаутамы к просветлению. Кстати, мельком Гессе касается и того, что лично я называю «трагедией Будды», а именно — обожествления Гаутамы и его проповедей излишне рьяными и недалекими последователями.
Однако пересказывать роман своими словами — в высшей степени неблагодарное занятие, поэтому призываю всех, кого хоть немного заинтересовал мой отзыв, прочитать книгу. Пусть даже и она вторична, ибо, как говорит сам Сиддхартха,
Мудрость непередаваема… Передать можно другому знание, но не мудрость. Последнюю можно найти, проводить в жизнь, ею можно руководиться; но передать ее словами, научить ей другого – нельзя.