Продолжение рассказа о боях за хутор Верхнекумский. Место
где решалась судьба всей Сталинградской битвы.
Из воспоминаний генерал-лейтенанта в отставке Николая Григорьевича Орлова, во времена Сталинградской битвы, лейтенанта - командира роты танков.
На указанный нам рубеж идем ночью, с боями. На высокой скорости, с зажженными фарами прорываемся через какой-то хутор, только что занятый немцами. Они видно растерялись и приняли наши танки за свои. Так мы проскочили.
С утра на занятые нами позиции идут вражеские танки. Целый день нас бомбят самолеты. Враг атакует и атакует, рвется со всех сторон.
Несмотря на то, что мы подбили несколько танков, они все лезут и лезут. И вот уже они просочились через наши боевые порядки.
Проводим отчаянную контратаку на Верхнекумский и вновь, уже в который раз, овладеваем им. От хутора уже практически ни чего не осталось, только кое-где стоят печные трубы.
В боях у Верхнекумского были моменты, когда трудно было разобраться, кто есть кто. Сплошное перемешивание боевых порядков. Здесь не было классической позиционной обороны, где одни в окопах, другие атакуют. Здесь стержень боя – маневр обеих сторон.
Однако силы неравные. Против нашего изрядно потрепанного корпуса, противник вводит свежие силы.
Командир полка радирует - В районе Заготскот окружен мотострелковый батальон. Задача: прорваться туда и обеспечить прорыв бойцов из окружения.
Мчимся к поселку Заготскот, он примерно в пяти километрах. По дороге на бронеавтомобиле к нам подъехал начальник связи корпуса Белов, который рассказал, что Асланов с мотострелковым батальоном ведет бой в окружении в районе Заготскот, связь с Аслановым потеряна, посылали к нему двух офицеров, но, ни кто не вернулся.
Вместе мчимся на выручку. Оказалось, мы хотя и опоздали, но пришлись к делу. У Асланова было три танка, он взял на себя управление мотострелками, сумел пробить брешь в боевом порядке немцев и повел бойцов из окружения. Нам тоже пришлось поработать. Патронов и снарядов не жалели. Белый снег стал красным, а как иначе? Если не мы, то кто?
На исходе дня отбиваем еще одну атаку. Около 30 танков обошли нас по глубокой балке, и вышли в тыл. Мы снимаемся с позиций и мчимся навстречу им, с нами бронебойщики 60 мехбригады. Наткнувшись на наш огонь, немцы бросили подбитые танки и скрылись за высотой.
Полк выдыхается, но еще сражается. Начальство говорит, что скоро подойдет подкрепление и ударит по танковой армаде Гота.
Докладываю командиру полка, что люди уже валятся с ног. На что он мне отвечает – Все знаю, но надо продержаться еще пару-тройку суток. Немцы тоже выдыхаются. На рубеж реки Мышкова уже выдвигаются наши войска из резерва. Их подход и развертывание обеспечивает наш корпус, а значит и наш полк тоже.
18 декабря враг предпринял одну из самых ожесточенных атак. Этот день был пиком сражения. Враг ввел в сражение последние резервы 17 танковую дивизию. Силы были неравны, как мы ни бились, но нас обошли с двух сторон колонны танков и мотопехоты. Часть их прорвалась к реке Мышкова.
Но наш полк почти обескровленный бьется, как и все другие. Как много осталось лежать бойцов на безымянных высотах вокруг незаметного степного хутора Верхнекумского, ставшего на несколько дней центром кровопролитной танковой битвы… Битвы, в которой против одного нашего танка бились пять-шесть немецких.
По приказу командира корпуса организованно с боями отходим на рубеж реки Мышкова, но не даем врагу прорваться к Сталинграду. Я на единственном в полку танке, остальные уже вышли из строя.
Чем держались? Боевым духом, верой, долгом, мастерством и девизом «Ни шагу назад»
Накал битвы не спадал. После отражения очередной атаки, стрелок радист кричит мне, что бы я надел шлемофон, важное сообщение.
И что же? По боевым сетям передается информация: «Горжусь вашей работой. Ни шагу назад. Отличившихся бойцов и командиров представить к правительственным наградам. И. Сталин».
Радость неописуемая. Все обнимаются. Мы замечены. Нами гордится Сталин.
Под вечер 18 декабря получаем новое известие, особой исторической важности. Сверхрадостное для нас -
За высокое боевое мастерство и массовый героизм воинов приказом наркома обороны № 394 от 18 декабря 1942 г. наш 4-й механизированный корпус переименован в 3-й гвардейский мехкорпус. Наш танковый 21 полк теперь стал – 45-м гвардейским.
Первую часть рассказа читайте по ссылке - https://dzen.ru/media/id/5ff3236a7a2b92670bac2cd1/boi-za-hutor-verhnekumskii-skvoz-smotrovuiu-scel-tanka-6364cd57489c58539c3adaac
ДРУЗЬЯ! НА МОЕМ КАНАЛЕ ВЫ НАЙДЕТЕ МНОГО ИСТОРИЧЕСКИХ ПУБЛИКАЦИЙ, ПОЭТОМУ ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ НА ЭТОТ КАНАЛ, ОСТАВЛЯЙТЕ СВОИ КОММЕНТАРИИ, СТАВЬТЕ КЛАСС.