Одно из «разочарований» детства – интрига фильма (и пьесы) «Собака на сене». Эту нашу картину я полюбил с детства и продолжаю восхищаться ею до сих пор, в частности, считая её одной из двух лучших работ Маргариты Тереховой (вторая, если что – «Благочестивая Марта», но никак не «Три мушкетера»).
Но при всем восхищении, остался некоторый осадок. Порадоваться счастью Дианы и Теодоро в полной мере я никак не могу, ведь как ни крути, а несчастного старика Лудовико – подло обманули и ввели в заблуждение. Как-то так получилось, что при своем первом просмотре этого фильма, я почему-то остался убежден, что Теодоро – настоящий сын Лудовико. Скорее всего, я отбегал от телевизора куда-то, или попросту, будучи ребенком, ничего не понял. Но потом-то все встало на свои места. Тем более, что все эти любовные ширли-мырли меня не особо занимали, вот потерянные и найденные наследники – дело другое. Но как же так? Явный обман и все «у них» получилось?
И в самой пьесе Лопе де Вега, эта связка сюжета шита белыми грубыми нитками, а уж в нашем фильме выглядит и вовсе неправдоподобно. Поверить в ту околесицу, которую несет Тристан, одетый к тому же в шутовской наряд с приклеенной рыжей бородой, мог только очень недалекий человек. И вот еще что – в эпизоде появления графа Лудовико, любовная мелодрама, как будто плавно перетекает в эксцентрическую комедию, со свойственными последней буффонадой и гротеском.
Лудовико, в нашей экранизации из персонажа трагического, превращается в комического героя, и, наверное, поэтому подловатый обман сильно сглаживается. Вот интересно, играй Эрнест Романов несколько иначе, будучи серьезным и с трагической внешностью под спудом потерь, оценили бы зрители такой обман? Но даже без этого, его титул и богатство достались не законному наследнику или наследнице (ввиду отсутствия у Лудовико детей, кто-то же должен был все наследовать), а мелкому проходимцу-самозванцу.
Странно как-то получается – вроде как обманывать несчастного и выжившего из ума старика – «нормально» и никого это не смущает.
Ненаписанное продолжение «Собаки на сене».
Проходит год… В солнечный Неаполь является некий молодой человек с сабельным шрамом на щеке. Молодой человек объявляет пораженному Лудовико, что он и есть его потерянный сын. Для новоиспеченного графа де Бельфор дело принимает и вовсе дурной оборот, так как с «новым» Теодоро прибыл знатный испанский дворянин, чей отец был капитаном корабля, когда-то отбившим пленников у пиратов. Среди этих пленников и был спасенный Теодоро. Так как корабль был военный, капитан не мог отправить Теодоро обратно к отцу или на Мальту, а следовал дальше в Новый Свет. И вот только сейчас, разбогатев на службе испанского короля и также удачно женившись, настоящий Теодоро смог вернуться к отцу.
Как вы сказали? Началось все с того, что явился некий греческий купец? Или армянский? Так кто же все-таки он был, грек или армянин? И еще, повторите-ка любезный граф, как там зовут внебрачного сынка того проходимца, коего вы соизволили признать своим сыном – Теримаконьо? Да, и где же все это занятное семейство?
Опустим занавес над жалкой сценой, когда вопящего от ужаса «графа де Бельфора», стража волочет на виселицу…
Вообще, истории о потерянном и найденном наследнике – распространенный сюжет в приключенческой литературе. Но вот какая трудность, лет пятьсот назад доказать своё происхождение было очевидно несколько проблематично даже настоящему наследнику. А уж самозванцу… Иначе бы такие потерянные наследники маршировали бы толпами по улицам Мадрида и Неаполя.
Еще по данной теме: