Был случай, когда на уроке истории зашёл разговор о Отечественной войне 1812 года. Многие решили поделиться догадками о значимых сражениях. Самой противоречивой темой для обсуждения стал ,, Подвиг под Салтановкой". Правда ли, что для уверенности солдат в полку понадобилось пренебречь родительским долгом, выведя своих детей вперёд всех?
11 (23 по старому календарю) июля 1812 года, когда произошел бой у плотины села Салтановка под Могилевом, прославит имя командира 7-го пехотного корпуса генерала Раевского на всю Россию.
В критический момент боя генерал лично поведет в атаку Смоленский полк. Хотя сам будет контужен картечью в грудь, его героическое поведение выведет солдат из замешательства, и они, бросившись вперед, обратят противника в бегство. По легенде, рядом с Николаем Николаевичем в этот момент шли сыновья: 16-летний Александр и 10-летний Николай. А результатом боя под Салтановкой будет выигрыш драгоценного времени. Наполеону не удастся реализовать замысел разбить две русские армии по частям, и разрозненные до той поры армии генералов Барклая де Толли и Багратиона успешно соединятся под Смоленском.
Из воспоминаний внука генерала, Николайа Михайловича Орлова:
В момент решительной атаки на французские батареи Раевский взял их с собою в главе колонны Смоленского полка, причем меньшого, Николая, он вел за руку, а Александр, схватив знамя, лежавшее подле убитого в одной из предыдущих атак нашего подпрапорщика, понес его перед войсками. Геройский пример командира и его детей до исступления одушевил войска.
Спустя сто лет художник-баталист Николай Семенович Самокиш увековечит этот боевой эпизод в известной картине "Подвиг солдат Раевского под Салтановкой".
Однако, в январе-феврале 1814 года сам генерал Раевский в конфиденциальной беседе со своим адъютантом поэтом Константином Николаевичем Батюшковым опроверг красивую легенду:
«Из меня сделали римлянина, милый Батюшков, — сказал он мне.
— Из Милорадовича — великого человека, из Витгенштейна — спасителя отечества, из Кутузова — Фабия. Я не римлянин, но зато и эти господа — не великие птицы <…> Про меня сказали, что я под Дашковкой принёс на жертву детей моих.
— Помню, — отвечал я, — в Петербурге вас до небес превозносили.
— За то, чего я не сделал, а за истинные мои заслуги хвалили Милорадовича и Остермана. Вот слава, вот плоды трудов!
— Но, помилуйте, ваше высокопревосходительство, не вы ли, взяв за руку детей ваших и знамя, пошли на мост, повторяя: вперёд, ребята; я и дети мои откроем вам путь к славе, или что-то тому подобное.
Раевский засмеялся.
— Я никогда так не говорю витиевато, ты сам знаешь. Правда, я был впереди. Солдаты пятились, я ободрял их. Со мною были адъютанты, ординарцы. По левую сторону всех перебило и переранило, на мне остановилась картечь. Но детей моих не было в эту минуту. Младший сын сбирал в лесу ягоды (он был тогда сущий ребёнок, и пуля ему прострелила панталоны); вот и всё тут, весь анекдот сочинён в Петербурге
Во многом, причины появления такой легенды были связаны с тем, что сыновья Раевского были при нем в армии, а старший сын принимал участие в сражении. Однако Раевский не вел сыновей в бой, и не говорил о готовности пожертвовать ими. О чем, например, говорится в учебнике «История России XIX век» за 8 класс (Данилов А. А., Косулина Л. Г. // Поурочные разработки. — 2011).