Теоретические воздействия и генезис экологической психологии
В этом разделе мы анализируем основные влияния, приведшие к экологической психологии. Выделяем три основных источника влияния: радикальный эмпиризм Джеймса и нейтральный монизм, бихевиоризм, феноменология и теория Гештальта.
Прагматизм
Первым источником вдохновения, который Д.Д. Гибсон принял во внимание при разработке экологического подхода к познанию, был американский прагматизм и, в частности, идеи Джеймса Гибсона о радикальном эмпиризме и нейтральном монизме. На Джеймса Гибсона большое влияние оказал Холт, который научил его основным принципам радикального эмпиризма в Принстоне, были получены степени бакалавра, магистра и доктора наук.
Согласно прагматизму, для объяснения научной практики, этики и познания практические последствия должны рассматриваться как более актуальные, чем абстрактные принципы. Эта школа отвергает некоторые общие аспекты идеализма и эмпиризма (пассивность восприятия и репрезентационистский учет разума) и фокусируется на активных способностях организмов и их адаптации к окружающей среде для объяснения познания. Согласно прагматизму, "человек никогда не сможет познать мир независимо от собственного опыта".
Версия прагматизма Джеймса Гибсона включает эпистемный тезис, радикальный эмпиризм, метафизический тезис, нейтральный монолизм. Эти два тезиса переплетаются. Радикальный эмпиризм утверждает, что наши знания происходят из опыта, который воспринимается как способность вступать в содержательные взаимодействия с миром. Эти осмысленные взаимодействия включают в себя объекты восприятия, отношения между этими объектами, а также отношения этих объектов с нами. Таким образом, мы переживаем эти отношения осмысленным и организованным образом. Джеймс Гибсон приходит к выводу, что мы можем описать этот мир отношений чистого опыта либо со стороны объекта (точка отсчета смысла), либо со стороны субъекта (опыт). Поэтому этот подход называется нейтральным монизмом: есть только одна вещь, которую можно описать физически или психологически.
Влияние радикального эмпиризма в представлении Д.Д. Гибсона вполне понятно: в своей автобиографии он утверждал, что является радикальным эмпириком Джеймса.
Учитывая идею Джеймса, что чистый опыт может быть описан как физически, так и психологически, он определил возможности как "физические и психические, но ни те, ни другие". Это описание возможностей, как мы видим, не может быть понято без обращения к влиянию радикального эмпиризма и нейтрального монизма.
На последнем курсе бакалавриата в Принстоне Гибсон прошел курс экспериментальной психологии у Лэнгфельда. Через год Лэнгфельд предложил ему ассистентскую работу. В том же году Холт переехал в Принстон и обучил Джеймса Гибсона принципам бихевиоризма и радикального эмпиризма. С тех пор, по словам Д.Д. Гибсона:
"30 лет я неохотно отказывался от этого [теории Холта о двигателе сознания]"
Джеймс ГибсонПо всем этим причинам историки экологической психологии понимают, что подход Джеймса Гибсона к восприятию является экспериментальной версией радикальной эмпирики Джеймса.
Поведение
Многие авторы понимают экологическую психологию как версию бихевиоризма, и правда, по его собственным словам. Мы считаем, что истоки симпатий Д.Д. Гибсона к бихевиоризму кроются в неортодоксальном понимании Холтом бихевиоризма.
Хотя Холт был близок Джеймсу и некоторым его идеям, он не считал себя ни прагматиком, ни бихевиористом. Он одобрял яковскую концепцию сознания; это означает, что он понимал сознание как деятельность, а не как объект повторного изучения. Но, в то же время, он объединил эту идею с методами бихевиоризма (хотя и реагирует на пассивность восприятия, обычно принимаемую этим подходом), создав свою собственную теорию моторики сознания. Хольт также включил в свои объяснения аспекты поведения, отвергаемые традиционным бихевиоризмом, такие как цели или планы. На самом деле, проблема целенаправленного поведения гораздо больше подчеркивается в объяснении Хольтом поведения, чем в традиционном бихевиоризме.
Продолжение...