Немецкий солдат, в большинстве картин, выглядит всегда "с иголочки", начищенный, наглаженный и выспавшийся - эдакий робот-андроид, всегда готовый выполнить любой приказ.
Однако, было ли это на самом деле так, если учесть все нюансы?
Судя по воспоминаниям "бывших", реальность имела приличные расхождения с тем, что творилось на самом деле.
Во время марш-бросков и наступательных операций немецких солдат подымали, в летнее время, в три ночи - дабы до рассвета они успели позавтракать, привести себя в порядок и, с первыми лучами солнца, двинуться в путь.
При себе и на себе солдат имел минимум:
- - Каска - пристегивалась к поясу - 1,5 кг.
- - Сапоги - с высокими голенищами.
- - Винтовка ~ 4 кг.
- - Форма - из шерстяной ткани, что для летнего времени было совсем нехорошо.
- - Подсумок, в котором можно было обнаружить порядка 60 патронов, коробку с едой, воду, штык и смальце.
- - Сухарная сумка.
- - Плащ-палатка, ранец, саперная лопатка.
В различных мемуарах вес экипировки оценивается по разному. От 14 до 30+ кг. Зависело, в том числе и от того, сколько автомашин было в сопровождении.
Если таковых было мало, то солдаты тащили на себе те же одеяла.
Ну а тем, у кого не было противогаза, "чтобы все было по честному", вручали что-нибудь еще.
Некоторые из будущих "завоевателей мира" пришли на фронт захватив с собой... любимые книги.
Но когда "все пошло не по плану", книги пришлось отправить домой.
О таком моменте рассказывал в своим мемуарах Гарольд Генри, который, как раз воевал на Восточном фронте:
Точно не скажу, сколько весит выкладка, но приходилось таскать с собой еще и толстое шерстяное одеяло, ящик с патронами, уже от этого можно свихнуться. Поэтому пришлось отослать домой книги.
Особенно тяжелое впечатление на эмоциональное состояние немецких солдат оказывали бесконечные поля и переходы по проселочным дорогам под палящим солнцем.
...однообразный темп марша отпечатывался убийственным равнодушием на лицах солдат, их можно было различать между собой разве что по висящим в уголке рта сигаретам.
Если верить все тем же мемуаристам, такой пейзаж для немцев был совсем непривычен.