Речь на торжественном заседании Московского Совета, посвящённом 24-й годовщине Октябрьской революции, которое состоялось в подземном вестибюле станции метро «Маяковская». Миллионы человек приникли к репродукторам, ожидая трансляции торжественного заседания. Слушали его и в блокадном Ленинграде, где трансляцию ненадолго прервала воздушная тревога: осажденный Ленинград слушал голос Москвы во время бомбежки и обстрела. «Говорит Москва! Передаём торжественное заседание Московского Совета…», - звучало по всей стране.
Годовщину Октябрьской революции Москва встречала на осадном положении, эвакуация города, начавшаяся ещё 16 октября, и строительство оборонительных сооружений на улицах породили массу слухов о том, что Сталин и Политбюро покинули город. Для того чтобы развеять слухи и поддержать моральный дух страны, 24 октября Сталин вызывает к себе командующего войсками Московского военного округа генерала Артемьева и командующего ВВС генерала Жигарева и распоряжается начать подготовку к параду в условиях полнейшей секретности.
За день до парада, 6 ноября, проходит традиционное предпраздничное заседание Моссовета, однако не в Большом театре, уже заминированном к тому времени, а на платформе станции метро Маяковская, самой глубокой станции тогдашнего метрополитена. На платформе были расставлены кресла, в вагонах поезда, стоящего у платформы, установлены столы с закусками и напитками, построена трибуна. Приглашённые на заседание спускались на эскалаторе, правительство прибыло на поезде к соседней платформе. Приглашенным на заседание место и время сообщали устно: «станция Маяковская», пригласительные билеты на руки раздали за два-три часа. Бывший тогда секретарём Московского комитета ВКП (б) Борис Черноусов писал, что каждый год 7 ноября он вспоминал именно 24-ую годовщину Октября, ту, когда Сталин обратился к народу СССР из осажденной Москвы.
Во время заседания Сталин обратился к присутствующим с речью, которая транслировалась по радио на всю страну, а позже распространялась в виде листовок над оккупированными районами. Главной причиной неудач первого периода войны он назвал «недостаток у нас танков и отчасти авиации… самолётов пока у нас ещё меньше, чем у немцев. Наши танки по качеству превосходят немецкие танки. А наши славные танкисты и артиллеристы не раз обращали в бегство хвалёные немецкие войска с их многочисленными танками. Но танков у нас всё же в несколько раз меньше, чем у немцев. В этом секрет временных успехов немецкой армии». В заключение речи Сталин сказал, что разгром германской армии близок.
После заседания Сталин объявил членам Политбюро ЦК, секретарям МК и МГК о времени начала парада войск на Красной площади которое было перенесено на два часа раньше, и было назначено на восемь часов, а не в десять, как обычно.
Из воспоминаний сталинского телохранителя Николая Власика: «Спускаясь по эскалатору на Торжественное заседание, товарищ Сталин посмотрел на меня… и сказал: «Вот у тебя на папахе звезда, а у меня её нет. Всё-таки, знаешь, неудобно - главнокомандующий, а одет не по форме… ты уж достань мне, пожалуйста, звезду».