PLATFORMA Media открывает рубрику “Pro bono”. Это цикл интервью с лучшими российскими адвокатами, которые оказывают профессиональную помощь ради общественного блага. В прошлом выпуске мы пообщались с Дмитрием Джулаем, который защищал корреспондента Медузы Ивана Голунова после его задержания.
Герой выпуска — адвокат Алексей Паршин, который защищает сестер Хачатурян. Алексей также выиграл ряд громких дел по защите женщин-жертв домашнего насилия, является президентом Коллегии московских адвокатов “Вердиктъ”, в 2019 году победил в конкурсе практикующих юристов “Лучшие по праву”.
В интервью PLATFORMA Media Алексей рассказал,
- почему взялся за дело сестер Хачатурян,
- как помог общественный резонанс,
- почему не любит участвовать в ток-шоу,
- как справляется со стрессом,
- как медийность влияет на количество клиентов.
«Если не ты, то кто?»
— Алексей, расскажите, как вы вошли в дело сестер Хачатурян. Знаю, что согласились не сразу. Какие были сомнения и какие аргументы подействовали?
— Я действительно сомневался. На тот момент я был в текущих проектах и управлении коллегией. —Понимал, что если войду в процесс, придется отложить другие дела.
Решающим стал тот день, когда мне позвонили несколько человек с разных сторон и попросили помочь девочкам - «Если не ты, то кто?». Я согласился.
Тогда даже представить не мог, что дело будет таким резонансным. Но четко понимал, что девочки попали в огромную беду и нужно им помочь.
Программа минимум была - изменение меры пресечения. Сейчас программа максимум – добиться полного прекращения дела. Планка высокая, но реальная.
— Понимали, что процесс затянется надолго?
— Не предполагал, что настолько. По нашим прогнозам, дело должно было завершиться до весны 2019 года, сразу после того, как были получены результаты экспертиз. Сейчас ситуация как в шахматах. Ходы сделаны, но партия еще не закончена (примечание: 19 ноября адвокаты сестер Хачатурян заявили ряд ходатайств, в том числе о прекращении уголовного преследования в отношении девочек и направили в Генпрокуратуру, ФСБ и Следственный комитет России заявление с требованием проверить связи Хачатуряна с высокопоставленными сотрудниками надзорного ведомства). Думаю, к концу 2019 года у нас уже будет определенность.
— Почему именно сейчас дело о домашнем насилии получило такой общественный резонанс и мощную поддержку? Были не менее впечатляющие дела и прежде, которые могли бы стать такими же громкими, но не стали.
— Я тоже постоянно ищу ответ на этот вопрос. На самом деле было 2 всплеска активности. В самом начале дела и в июне 2019 года, когда сестрам предъявили обвинение. Именно в июне был зафиксирован всплеск медийной активности в связи с проблемой домашнего насилия.
Думаю, дело стало таким резонансным, потому что оно не только о домашнем насилии и необходимой обороне. Были затронуты социальные проблемы, которые касаются почти каждого. В каждой семье есть женщины и девочки, которые теоретически могут попасть в такую ситуацию и подвергнуться домашнему насилию. У меня две дочки, и мне очень не хочется, чтобы они жили в мире, где домашнее насилие считается нормой и молчаливо поощряется, а тираны и агрессоры не несут никакой ответственности только потому, что нет соответствующих правовых механизмов.
Мы начали писать книгу о деле сестер Хачатурян в виде вопросов и ответов, пишем ее частями и выкладываем главы в Facebook. Идея родилась во время подготовки ответов на вопросы журналистов.
— Общественный резонанс вам помогает? И если да, то чем?
— Конечно. Во-первых, дело было взято на особый контроль и передано в ГСУ СК РФ, а надзирает за делом Генеральная Прокуратура. Тот редкий случай, когда отношения между защитой и следствием были конструктивными, без лишней волокиты и бюрократии. Ходатайства подавали непосредственно следователям, они все оперативно рассматривали, допрашивали свидетелей, назначали экспертизы. Я считаю, что вообще все дела должны так расследоваться. Работа по делу была проделана следствием титаническая, только одних экспертиз было проведено около трех десятков. Мы разошлись со следствием только в финальной квалификации действий девушек.
Еще одно преимущество общественного резонанса — поддержка. Сестры оказались в сложной и тяжелой ситуации и им очень помогают слова поддержки («Держитесь, мы с вами»), да и нам - адвокатам, тоже.
Из недостатков общественного резонанса — активность хейтеров. Мне даже пришлось заблокировать сторонние комментарии в Фейсбуке на время отпуска. В то время как раз хейтеры активно писали в комментарии и в личку, что девочки сами виноваты и что Хачатурян был кристально-чистым человеком. Не понятно, зачем писать это нам — адвокатам сестер. Им нужно было убеждать в этом следствие, журналистов, а не нас. Тем более, слова девочек о физическом и сексуальном насилии подтвердились: доказательств этому более чем достаточно.
Продолжение на сайте «PLATFORMA.MEDIA»