После смерти императрицы Елизаветы Петровны 25 декабря 1761 года в её гардеробной обнаружилось 15 000 платьев. Невольно приходит мысль — сколько же за 20 лет царствования Елизавета Петровна потратила времени на выбор и обсуждение фасонов, на многочисленные примерки, не говоря уже о материи, кружевах, аксессуарах. Еще надо учесть, что 4 000 платьев сгорело у неё во время пожара 1753 года в Москве, а многие свои дорогие наряды она передавала в церкви и монастыри.
Из воспоминаний современников известно, что Елизавета Петровна была большая модница. Все иностранные продавцы модных вещей под страхом строгого наказания обязаны были предлагать свой товар ей в первую очередь, придворным доставалось то, что осталось. Она переодевалась очень часто, иногда до 7 раз в день. И от придворных дам требовала, чтобы в ношеных платьях они на балах не появлялись.
А платья тогда были объемные, с фижмами. К корсетам пристегивалось «панье» (корзина), колоколообразное сооружение из китового уса или прутьев на которое натягивалась нижняя юбка, а затем уже надевалось само платье. Платье, украшенное драгоценностями, было достаточно тяжелым и неудобным. В таком нельзя было сесть, дамам под присмотром специальных фрейлин приходилось ложиться прямо на пол, чтобы немного отдохнуть. Конечно материи, кружев и дорогой отделки на такое «одноразовое» платье уходило немало.
Елизавета Петровна хотя и была очень набожна, обожала веселиться. Балы и маскарады происходили во дворце два раза в неделю, иногда она со службы в церкви гнала прямо на бал, или наоборот, с бала ко всенощной где истово молилась.
На маскарадах она любила наряжаться в мужское платье, которое ей очень шло, другие дамы должны были следовать её примеру, а кавалеры, наоборот, рядились в дамское платье. Многие, конечно, выглядели смешно и нелепо, но должны были веселиться, потому что императрица не выносила рядом с собой унылых лиц.
Ей трудно было угодить. Елизавета Петровна не терпела безвкусицы и безобразия в нарядах придворных дам, но, в то же время нельзя было, чтобы какая-то дама надевала похожее платье, или, не дай Бог, в чем-то превосходила её высочество. Она могла подойти и испортить платье, прическу или украшение. У двух дам она прямо на балу срезала локоны, у другой испортила украшение, а Наталья Лопухина поплатилась урезанием языка и ссылкой не только за политическое противостояние. Елизавета Петровна не простила ей появление на балу в таком же как у неё платье и даже с такой же розой в прическе.
По этикету фижмы на платьях у дам должны были соответствовать придворному статусу: чем больше статус, тем шире юбка. Пришлось даже увеличивать ширину дверей во дворце и в каретах, чтобы дама могла пройти. Даже фижмы у дам были складные, чтобы можно было сложить их, если юбка вдруг оказывалось больше, чем у Елизаветы Петровны.
А что же стало с платьями императрицы, многие из которых были одеты ею всего один раз, а другие совсем новые? Часть из них были перешиты на церковные облачения, так как в то время не выпускали дорогих материй специально для духовенства.
Оставшиеся платья при Екатерине II и при Александре I использовали для пошива маскарадных костюмов. Небольшая часть сохранившихся платьев времен Елизаветы Петровны находится в крупнейших музеях России.