Короткий очерк о певице, чьи пластинки редко бывают в ассортименте спецмагазинов. Но рано или поздно вещи такого рода обязательно находят своего покупателя и слушателя в любом уголке вселенной, потому что чудеса не ведают границ.
На непрочных магнитных лентах среди записей, сделанных в этом непрочном мире кем-то, кто тоже не вечен, бывали погребены бриллианты самой твердой пробы. С точки зрения вечности выблеск этих камней мог длиться долю секунды, но впечатление от него было долгим.
Часто из фонограммы был вырван увесистый клок, порой приходилось распутывать клубок скомканной пленки, но почти всегда можно было найти несколько крупиц, которые поддавались воспроизведению. И сверкали они по-прежнему ослепительно.
Так, однажды пронзила мой слух англичанка Билли Дэвис, полная тезка одного из солистов чернокожего квинтета «Пятое Измерение».
Мне неоднократно попадалась её взрывная версия I Want You To Be My Baby в изодранном и безбожно переклеенном виде. Видимо, азарт слушателя был настолько силен, что он безжалостно гонял бобину туда-сюда, ни мало не беспокоясь о сохранности этого хрупкого и зловонного носителя.
Как это часто бывало раньше, я и на сей раз не имел представления, как выглядит эта певица. Её можно было спутать и с Лулу или Сэнди Шоу и даже принять за Риту Павоне – радио создает акустические миражи так же, как морская стихия рождает миражи визуальные.
На мгновение из гармидера голосов вынырнул британский диктор. «Билли Дэйвис!» – только и успел он объявить, чтобы снова затеряться в трассирующих разрядах помех.
Тем зимним вечером семьдесят восьмого мне казалось, что это я сам, десятью годами ранее, сижу у транзистора и с жадностью перебрасываю с эфира на «маг» драгоценные, как сигналы из космоса, звуки брит-попа.
Довольно скоро я получил возможность удостовериться, что певицу действительно зовут Billie Davis, раздобыв старый семплер фирмы Decca под незатейливым названием The World of Hits.
Правда, на обложке диска отсутствовали фото представленных на нем отборных артистов – Them, Zombies, Los Bravos.
По крайней мере, теперь у меня была возможность наслаждаться пением любимой невидимки в сравнительно неплохом качестве.
Пластинка с морковным пятаком, означающим mono, была безжалостно заезжена прежним хозяином, ненасытным, судя по состоянию диска, вандалом.
Судьба благоволит влюбленным в пустое место. Буквально сразу же мне подвернулся еще один сборник из этой серии, уже снабженный цветным фото Билли Дэвис. Теперь она пела Angel of The Morning, давно знакомую мне по итальянской версии упомянутой выше Риты Павоне. С удивлением я узнал, что написал её Чип Тейлор, автор эпохальной Wild Thing, прославившей боготворимых мною The Troggs.
Билли Дэвис была совсем не похожа на веснушчатую Риту. Её внешность целиком соответствовала образу, который рисовало моё воображение – я видел девушку на мосту сквозь окно троллейбуса в каплях дождя. Она стояла у ограды, едва касаясь влажных перил рукою в легкой перчатки. На ней было короткое полупальто, под которым была еще более короткая юбка, и от этого её замшевые сапоги на молнии казались выше, а ноги длиннее.
Она стояла спиною ко мне и в задумчивости отматывала магнитофонную ленту, которой порывы ветра не дают упасть в темную воду реки, и треплют её, треплют, словно траурный серпантин… Пробка рассасывается, троллейбус делает рывок, и уже секунду спустя на мосту снова никого нет.
👉 Бесполезные Ископаемые Графа Хортицы
Далее читайте: