"Суси" или "суши"? А, может быть, "сущи"? Уж сколько копий было сломано на тему того, пригодна ли система транскрипции Евгения Поливанова для отображения звучания японского языка. Масла в огонь подливают и те, кто считает, что система подходит для транскрипции, но при этом звучит абсолютно нелепо, а, значит, пора что-то менять. Нихонология же считает, что пора разобраться.
С чего всё началось
Чтобы понять, почему же система транскрипции Поливанова именно такая, какая она есть, необходимо взглянуть на мнение самого лингвиста по этому вопросу.
В своей работе "О русской транскрипции японских слов" востоковед излагает следующие принципы создания систем транскрипции:
- система должна подстраиваться под свою целевую аудиторию
- система должна передавать звуки языка-источника максимально точно
С целевой аудиторией всё просто - Поливанов ясно указывает, что его интересует создание популярной, доступной всем и каждому системы. С его же слов:
«...чтобы транскрипция могла широко быть используема в разнообразных изданиях, рассчитанных на любой круг читателей, она должна удовлетворять двум заданиям:
1) чтобы она была понятна без знания условностей, т. е. чтобы ее ассоциации между звуками и буквами были бы одинаковы с ассоциациями, существующими в известной читателю письменности (в нашем случае — русской);
2) чтобы не было знаков, не употребляемых в данной (русской) письменности»
Однако, также, как нельзя точно передать английское "th" с помощью русского алфавита, так же нельзя идеально точно передать и ряд японских звуков, например слоги し (си/ши/щи) или ち (ти/чи). И вот тут-то и начинается самое интересное...
«Правильного выбора нет — есть только сделанный выбор и его последствия» (С) Эльчин Сафарли
Уже в предыдущем параграфе видно, что без выбора было не обойтись, так как мы приводим как минимум три возможных варианта написания для し (си/ши/щи) и два для ち (ти/чи). Выбора можно избежать, введя новое обозначение, но мы же договорились не использовать несуществующие в русском алфавите знаки, не так ли?
В рамках этой статьи мы рассмотрим только слог し (си/ши/щи) как наиболее показательный. Любые принципы, которые применлись Поливановым при создании транскрипции для этого слога, применимы и ко всем другим слогам.
Сам востоковед в слоге し (си/ши/щи) выделяет следующие два главных свойства, которое отличают его от других:
- первый звук - мягкий и свистяще-шипяший (нечто среднее между [с] и [щ])
- второй звук - аналогичен русскому [и]
Для того, чтобы отобразить эти звуковые особенности, Поливанов предлагает следующие варианты:
- си
- ши
- шьи
"Ши" Поливановым отвергается на основе того, что в русском языке оно всегда произносится как [шы], в то время как японский слог содержит именно [и].
"Шьи" не говорит о том, что первая часть し произносится мягко, и добавляет абсолютно ненужное [й] между [ш] и [и] - [шйи].
"Щ", как указывает лингвист, в русском всегда удвоенный - "щщ" -, а в японском длинна согласных определяет смысл. 肩 [ката] (плечо) не тоже самое, что [катта] 買った (купил, купленный).
"Си" передаёт как мягкость первого звука слога し, так и [и] во второй его части, но при этом [с] свистящий, а не свистяще-шипящий.
Вот и получается, что с "ши" мы теряем второй звук, с "шьи" теряем первый и получаем один ненужный, с "щи" пропадает неоднозначность смысла, а с "си" - шипение. Приходится выбирать наименьшие потери. Для Поливанова самым безболезненным было отдать шипящие качества первого звука, отсюда и выбор "си".
Такая же логика наименьших потерь была использована для всех остальных ситуаций, когда необходимо было сделать выбор между несколькими неидеальными вариантами. На выходе мы имеем то, что имеем - систему русской транскрипции японского языка Поливанова.
Гейша из Токио едет в Киото
Мы, вроде бы, определились, что слог し будет писаться как "си". Слово "суши" по-японски пишется как すし, так почему же все рестораны японской кухни упорно подают "суши", а не "суси"? Поливанов даёт ответ и на это:
«[При написании русских слов японского происхождения должны] приниматься в расчет существующие уже в русском мышлении произносительные и орфографические привычки»
Другими словами - просто потому, что мы так привыкли, и нет смысла что-либо менять. Если мы разрабатываем популярную систему, то идти наперекор уже сложившимся популярным традициям как-то странно.
Кто виноват и что делать
И вот, теперь, когда мы разобрались, почему система Поливанова именно такая, какая она есть, остаётся ответить на изначальный вопрос - и что же делать? Пора с транспарантами на улице призывать отказаться от системы Поливанова потому, что она неэффективна? Каждый пусть судит сам, но есть свидетельства того, что навряд ли в этом есть смысл.
Проведённое в 2015 году исследование на тему соответствия транскрипции Поливанова современному японскому произношению (ссылки на все источники в конце статьи) показало, что респонденты-японцы, выбирая между предложенными востоковедом вариантами транскрипции и прочими вариантами, примерно в 50% процентах случаях выбирают Поливанова, а в остальных 50% что-либо из альтернатив.
В целом, это значит, что главенствующая на данный момент система транскрипции настолько же хороша, как и система, которая состоит из других вариантов. Да, можно жаловаться на её странное звучание, но, если мы говорим об отображении японского произношения для широкой русскоязычной публики, то, кажется, она ничем не хуже и не лучше своих альтернатив.
Так, стоит ли нам теперь променять суши на суси, ездить в Тоокёо вместо Токио и слушать концерты на щамисэне вместо сямисена? Может и стоит, но, вряд ли это что-то изменит.
Список литературы:
1. Евгений Поливанов, «О русской транскрипции японских слов». Статьи по общему языкознанию. Академиздатцентр «Наука» РАН, 1968. Москва
2. Елена Литневская, Русский язык: краткий теоретический курс. МГУ-ЧеРо, 2006. Москва
4. Morris Halle, Sound Pattern of Russian. MIT Press, 1959. Cambridge
5. Artjoms Kuricins, Japāņu vārdu krievu valodas transliterācijas problēmjautājumi – Poļivanova sistēmas neatbilstība japāņu valodas izrunai. Latvijas Universitāte, 2015. Rīga
