29 августа 2017 года не стало замечательного скрипача Дмитрия Павловича Когана. Он был не только прекрасным музыкантом, но и огромным подвижником музыки. При его непосредственном участии был реализован уникальный культурный проект - концерт "Пять великих скрипок", который прошел во многих городах России и за рубежом. Благодаря этому проекту слушатели в России смогли услышать инструменты мастеров великой итальянской Кремонской школы скрипичного искусства. Мне посчастливилось побывать на одном из этих концертов. На том, что я посетил, Дмитрием Коганом были представлены следующие скрипки общей стоимостью (если кому интересно) более 20 миллионов евро:
• Николо Амати (1652 год);
• Антонио Страдивари (1721год);
• Бартоломео Джузеппе Антонио Гварнери (дель Джезу) «Робрехт» (1728);
• Джованни Батиста Гваданини «Канарейка» (1764 год);
• Жан-Батист Вильом (1836 год).
Скрипки были предоставлены частными коллекциями Швейцарии, Финляндии и Германии. Скрипка Гварнери "Робрехт" - предоставлена российским фондом уникальных культурных проектов им. Леонида Борисовича Когана (деда Дмитрия Павловича).
Отпишусь по впечатлениям от концерта. Музыкального слуха у меня нет, но и "невооруженным ухом", так сказать, слышно,что все скрипки уникальные и со своим неповторимым голосом. Скрипка Амати похожа на острейший хирургический скальпель или, лучше сказать, на самую тонкую колонковую кисточку, которой художник может вывести тончайший узор, тончайший завиток. Страдивари- скрипка мощная, универсальнейшая. О таких инструментах говорят, что голос их звучит одинаково хорошо как внизу, так и наверху. Гварнери - удивительная, "шаманская" скрипка. Выражаясь современным языком, она создает как бы 3D эффект. Я сидел в пяти метрах от скрипача в первом ряду, но ощущение такое, что музыка льется из стен, из потолка, из воздуха, и только некоторые ноты угадываются из самой скрипки. Во втором отделении концерта, когда Дмитрий Коган играл вместе со струнным оркестром Московская Камерата, было впечатление, что Гварнери обволакивает весь оркестр, как будто накрывает его сверху, в то время как Страдивари был несомненным центром, лидером, вокруг которого объединялись другие инструменты. Скрипка Гваданини стремится "пробрать до костей". Её голос похож на рык, который рвется из нутра, из самого чрева. Так, наверное, кричит загнанный матерый зверь перед последней дракой.
Француз Жан-Батист Вильом всю жизнь стремился достичь уровня мастеров Кремонской школы. Ощущение такое, что звук его скрипки стремится всё выше и выше. Похоже, что скрипка как и автор, хочет превзойти самоё себя. Кажется, что еще чуть-чуть и нечего желать, еще немного, и она зазвучит сильнее итальянцев.
Что касается меня, то мне больше всего понравилась скрипка Амати. Повторюсь еще раз, что этот инструмент способен передавать тончайшие нюансы. Он как гоночный итальянский автомобиль, который способен войти в поворот на огромной скорости и пройти этот поворот, что называется, на лезвии бритвы, срезав угол на грани возможного. Так и скрипка Амати идет по музыкальному лабиринту максимально четким, выверенным путем, искусно проходя все углы, тупики и закоулки в направлении наиболее правильного музыкального исполнения.
Спасибо Дмитрию, что подарил нам возможность соприкоснуться с удивительным мастерством Кремонской школы. Вечная память великому музыканту и, как мне кажется, прекрасному человеку.